Сказание о граде Ново-Китеже

– Грибы ищете? – не утерпел мичман. – Рановато им, а хорошо бы белых да подберезовиков на сковородочке. Тьфу, – сердито отплюнулся он. – Ежа бы проглотил, до чего есть хочу!

– Нет, не грибы, – ответил капитан. – Тропу ищу. Хоть какую-нибудь бы тропу, она бы нас к людям привела. Нет тропок, язви их! Неужели здесь люди не живут?

Он остановился и прислушался.

– Собачий лай в тайге за много километров слышен. А мы собачьего лая ни разу за три дня не слышали. О-го-го! – вдруг во весь голос закричал он.

– Гай-гай-гай! – заголосил и Птуха.

Голоса их безответно завязли в чащах. Безмолвно стояла залитая солнцем тайга. Всем стало не по себе.

– Компот дело! – покачал головой мичман.

Ночлег капитан скомандовал, когда все вымотались до полного изнеможения. И всех уложил повальный сон. Но Косаговский проснулся спозаранку. Ему больно намяли ребра подстеленные ветки. Солнце еще не вставало, только утренняя молочная синева залила тайгу. Он начал снова укладываться и услышал шаги.

– Что случилось, Степан Васильевич? – обеспокоенно спросил летчик. – Куда вы ходили?

– Все в порядке, спите. Ходил на реку смотреть, на ту самую, около которой мы все время шли. Здесь она большая. Утром начнем плот делать и поплывем. В этом наше спасение. Дальше идти не хватит у нас сил.

Виктор прислушался. Где-то близко позванивали и бормотали волны. Похоже было, что говорили несколько человек, и все с разными интонациями: удивленными, злыми, веселыми.

Глава 9

Река

Тунгуска, тихая река,

Не выдавай плотовщика.

    Э. Багрицкий, «Исследователь»

1

Маленький ручеек, выбежавший из озера Чапаева, превратился в могучий поток шириной метров в пятьдесят. Прозрачная литая струя летела в берегах, крутила черно-зеленые водовороты, несла валежник, кусты тальника и высокори, деревья, вывороченные с корнями и землей. Казалось, тронь ее тугую гладь – и вода окажется твердой, скользкой, как полированная сталь.

Работали все. Деревья валил только капитан, так как топор был один. Когда он отдыхал, Косаговский обрубал вершину и сучья. Мичман искал в тайге гибкий молодой ельник и резал его Сережиным ножом, а Сережа таскал ельник к реке.

– Плот – это здорово! – кричал он, блестя глазами, – Читали, дядя Федя, как Том Сойер, Гек Финн и Джо плыли на плоту по Миссисипи? А мы что, хуже их?

Работали весело и жадно.