Посыльный «серой стаи»

Такие, чтобы раскрутить дело и запихнуть какого-нибудь беднягу – урку за решетку, готовы земной шар перевернуть вверх ногами.

– Потому что я человек трепливый, – Квасов вытащил сигарету, подошел к окну, распахнул форточку, чтобы проветрить комнату, и затянулся. – Могу невзначай проболтаться кому-нибудь, о твоих «подвигах» на благо правосудия.

– Василий батькович, что он говорит? Это же нечестно! Мы же всегда с вами по-человечески.

– Мне очень жаль, Пчелка. Я к тебе со всей душой, – развел руками Кононенко и, придвинувшись к Пчелке, прошептал.

 – Как раз сейчас прокурор проводит пресс-конференцию. Все ребята уже там.

Старик внимательно посмотрел на оперативников, что-то обдумывая в своей голове.

– А, ладно, – махнул он рукой. Достал из шкафа школьную тетрадку и ручку и стал что-то быстро писать – память у старика была отменной.

Оперативники, прочитав записку, в безмолвии и удивлении уставились на карманника. А тот, предвосхищая вопросы, рассказал все, что знал о Денисе.

Когда потрясение прошло, Трика спросил Пчелку:

– Так мог этот парень совершить эти страшные преступления?

– Не-а! Его уже в городе не было.

А как только появились ваши цветные расклейки, одну из них с моим верным товарищем послал вдогонку, чтобы предупредить. Знаете как: предупрежден, значит вооружен, – изрек он древнюю мысль.

– Значит против нас работаешь?

– Нет, я против вас живу. А парень, чувствую, попал в беду. Но учтите, последний адресок с хитрецой. Номер дома-то я Костылю как раз на десяток уменьшил.

Подумал, если найдет он Дениса, подумает, что я спьяну ошибся, а не найдет – парню повезет. Вот так!

Глава 22

Жизнь в «имении» была хороша. Через недельку – другую Денис собирался покинуть гостеприимного хозяина местных гор. Исмаил решил лично провести парня через горы по одному ему известным тропам, показать места ночлегов и схронов, свести с нужными людьми на той стороне, которые помогут при крайнем случае. Еще одна неделя подготовки к их путешествию, и они будут готовы с Божьей помощью двинуться в неблизкий путь.

Но жизнь распорядилась по-своему.

Однажды утром Дениса разбудил Арслан и жестом показал, чтобы парень следовал за ним на улицу.

У выложенной из камня пристройки стоял Исмаил и что-то разглядывал на противоположном склоне плато в мощный, еще с военных времен, цейсовский бинокль.

– Давай собирайся! Кажись, джигит, пришел нам час двигаться в путь! – с тревогой и одновременно грустью в словах невесело промолвил горец.