Святая Грусть

Святая Грусть

Николай Викторович Гайдук

Всё жанры хороши, кроме скучного. С первой и до последней страницы роман не даёт скучать. Энергичное и многокрасочное действие разворачивается на просторах сказочно-реальной страны Святая Грусть, сквозь которую как бы просвечивает Святая Русь. Здесь колоритные герои, приключения. Здесь – вечные вопросы добра и зла, света и тьмы, Бога и дьявола. Кто победит и что победит на Земле и в душе человека? Несмотря на приключенческий характер, в романе сохраняется главное достоинство серьёзной русской литературы – оригинальный язык.

Николай Гайдук

Святая Грусть

Сколько ни старайся, как не измудряйся –

В царство этой грусти не попасть!

Время рушит камень, время сушит реки

Всё когда-то канет в темноту навеки –

Страсти, слава, золото и власть…

И только в памяти седых сказаний,

В памяти легенд или преданий,

Время становится певчею птицей –

На все голоса мастерицей.

Из Туманного Заморья,

Из Далёкого Заокеанья

Прилетает волшебная птаха,

Отрясает крылышки от праха,

И начинает сказывать –

Слезу со смехом связывать…

Пролог

Давно это было, друзья, так давно, что как будто вчера.

Где Атлантида? Где Эллада? Где шумеры? Где финикийцы? Где владенья Великого Турка? Где авары со своей великою и грозною державой? Где хазары? Где гунны? Где Великая Степь, над лазурным простором которой звенел наконечник «поющей стрелы» – просил напиться крови человечьей… Где, где?.

«Моря превращаются в континенты, а континенты – в моря».[1 - Джордано Бруно. Примеч. автора]

Ничего не осталось от гордости гор, от глубинной грозы океанов… И не надо смотреть на старинные карты, искать страну с названием Святая Грусть. Хотя была, была страна такая. Была – и сплыла. Давно это случилось, дорогие, так давно, что как будто неправда.

Свято место пусто не бывает, знаем. Там, где жила страна Святая Грусть – нынче поселилось Грешное Веселье.

– Сердце мудрого в доме печали, сердце глупого в доме веселья.

Часть первая. Приключения в царских палатах

Глава первая. Предчувствие грозы

1

Святогрустное Царство ещё пребывало в царстве сладкого сна – прошу прощения за тавтологию.