Дети богов. Грехи семьи

Крепкие скулы подчеркивали всю строгость его лица, хотя оно и не было лишено своей красоты. В общем типичная внешность для воина ТМ. Андрей Михайлович не был удивлен.

При виде историка молодой человек резко отдал честь, словно историк был некое высшее звено в цепи его званий. Историк неохотно разрешил воину команду вольно. Марина изумленно остановилась, глядя на подобное поведение, после чего снова активизировалась:

– Проходите. Сейчас разогрею обед!

– Нет, спасибо! – историк держал свою куртку на правом предплечье, тихо постукивая концом трости по линолеуму.

Оставив куртку на вешалке, Андрей Михайлович велел воину открыть дверь в его кабинет. И только там историк расстался со своей тростью, поставив ее рядом с креслом. Погрузившись в мягкие облака, старик побрезговал позволить воину портить своим телом его мебель.

– Неожиданно. И как это должно мне помочь? – историк смотрел снизу вверх на солдата. Рад бы наоборот, да только воин был выше его на две головы.

– То, что я видел сегодня, требует повышенных мер безопасности!

– Будьте уверены в своей сохранности! Я буду вашим эскортом на время командировки в Марокко!

– Марокко?

Воин принес недобрую весть: историку через девять дней необходимо было направиться в Марокко. Почему так внезапно? Или же Анатолий скрыл это? Воин сказал, что это прямой приказ сверху.

Андрей Михайлович понял, что это за верх. И желал получить ответы.

К сожалению, в последующие дни посещения института оказались не продуктивны.

Блондин, сморщившись, провел рукой по своему шраму. Эта не заживающая до конца рана все еще болела и мучила его. Рубец не только на этой бренной оболочке, но и на его душе. Это память о своей беспечности, когда он поверил в глупость безумца, что чуть не стоило ему жизни.

Его не интересовало, что происходит на экспериментальной арене там, внизу. Он был здесь, на этой демонстрации, лишь из-за того, что от него крайне упорно требовали присутствия здесь.

На ее песке стояли три человека, закованные в современную нанотехнологическую броню, их оружие могло вызвать зависть большинства наемников на всей планете. Они были фрилансерами, которые согласились выступить на этой арене и сразиться с заключенными ради «увеселения» публики.