Следствие слабости

Приглядевшись, Павел оторопел – вместо знакомых с детства черт лица на него смотрел незнакомый мужчина в фантастической одежде: цветастой, переливающейся, из непонятного полупрозрачного материала. На лице его были странные очки хамелеоны, а ведь Серёга никогда не носил очки… Тем не менее это был его друг Сергей. Непонятно почему, но Павел был уверен в сем факте на сто процентов. Видение длилось ещё долю секунды и исчезло. Павел стряхнул головой.

«Наваждение какое-то. От болезни, видимо», – он надавил на веки и чуть подождал.

Затем, открыв глаза, лежал ещё несколько минут, не шевелясь, пока его взор потихоньку успокаивала знакомая домашняя картина.

Почему-то вспомнился Пётр, которого он не видел уже лет двадцать как. «А всё-таки зря я тогда не признался начальнику. Неудобно как-то перед Петром получилось. Чёртова лень. Надо менять жизнь», – пришла запоздалая мысль. В дверь постучали, вошла жена.

– Паша, ты сегодня плохо выглядишь. Давай, не расклеивайся, соберись.

Павел удивлённо поднял брови:

– Ну что ты, Лиза, я в полном порядке, слабость только какая-то и сердце тянет.

Но мы слабости не верим! – нежданно для жены, с задором громогласно объявил он.

А дальше произошло всё быстро. Ещё неожиданней для Елизаветы, Павел крякнул и вскочил с кровати. Ударив себя кулаком в грудь, он энергично выбросил руки с зажатыми кулаками в стороны и сделал «ласточку»:

– Оппа!

Глаза жены округлились, она первый раз видела мужа в таком амплуа. Но Павел вдруг схватился за сердце, побелел и стал заваливаться на бок.

Вместе с резкой болью в груди, в голове ярко вспыхнула мысль: «вот и всё!»

Последнее, что он увидел – крик жены, срывающийся в ультразвуковой диапазон. Дальше зрение и слух плавно превратились в подобие ощущений.

Первый теллурический день после таинства

… Я вижу… или чувствую? Воздушная лёгкость. Мягкий свет везде. Всё вокруг полупрозрачное, зыбкое, что ли, с цветными отливами. Какие-то движущиеся фигуры волнообразные… Я умер?!

Как-то Павел не очень удивился.

Он, конечно, обо всём подобном читал и думал, правда, не до конца верил, как и все нормальные люди его круга и образа мысли. А что б ощутить оное на себе… это уж увольте. Посему перво-наперво Паша лишь застыл в удивлении.

«Для начала надо бы понять, что к чему», – решил он, развернулся и тут же увидел жену. Елизавета стояла рядом, вместе с криком мощно излучая какие-то серо-оранжевые волны боли. Да, именно боли – это с первых же мгновений стало ясно, очевидно.