Синдром Минотавра

Не хватало, чтобы, появившись в пиршественной зале, ее чудовище-сын перепугал гостей. Она не раз подумывала о том, чтобы запереть его в Лабиринте навечно. – Возьми с собой все, что захочешь. И отправляйся сам добровольно.

Она подняла руки вверх, не решаясь обнять и приласкать младшего сына, которого любила ничуть не меньше, чем старшего, или девочек. Только признаться в этом не могла и не хотела даже себе – так легче жить, когда все думают, что и она сама в ужасе от того, кого произвела на свет.

– Послушай, – сказала Пасифая ласково, – это всего на несколько дней. Гости долго не задержатся. Попрошу слуг, чтобы двери в Лабиринт запирать не стали, и Ариадна сможет прийти несколько раз к тебе.

Она освободилась от рук сына и собралась крикнуть стражу, чтобы того препроводили в его дворец – им совершенно точно не стоило видеть, как чудовище ее обнимает.

– Что, Ариадна? – девочка тут же примчалась назад, едва заслышав свое имя.

– Если будешь послушной, – ответила Пасифая, – я разрешу тебе навестить Астерия в Лабиринте.

Ариадна тут же смиренно склонила голову – с матерью не поспоришь. Это отца можно уговорить, упросить, в конце концов, разрыдаться в его присутствии, и тогда он сдастся, а вот мать никогда не поверит ни обещаниям, ни слезам – истинная дочь своего отца Гелиоса.

– Не бойся ничего, собери чего-нибудь вкусненького и отправляйся в Лабиринт, – тихо шепнула Ариадна брату, проведя по его мускулистой руке кончиками своих пальцев.

 – От входа далеко не уходи, просто сядь на ступеньках под дверью и жди. Я приду быстро и будем играть.

Астерий кивнул – он верил только сестре, она никогда его не обманывала. Он поднялся с колен, даже песок не отряхнул и позволил увести себя тотчас страже, появившейся на дорожке по взмаху руки Пасифаи.

– Я приду и будем играть, – успела еще раз шепнуть Ариадна и приложила палец к губам…

Только скинув нарядный пеплос и подхватив корзинку с заморскими засахаренными фруктами, которые привезли на прибывшем корабле гости, Ариадна понеслась в сторону Лабиринта, взывая ко всем богам, чтобы только Астерий никуда не ушел.

Каждый раз, когда его запирали, он пытался самостоятельно отыскать центральные покои в Лабиринте и каждый раз терялся. Она его, конечно, отыщет, но при этом потратит много времени, которое можно было бы провести с пользой, например, играя в прятки в огромном пустом дворце, где их только двое.