Фантомная боль

Брусов здоровался со встречными, Антон же смотрел только под ноги. Он чувствовал на себе подозрительные взгляды, ему было очень неуютно, казалось, все догадываются, что его незаконно вытащили из камеры и хотят использовать для каких-то сомнительных целей.

На нижних этажах было прохладно и чуть сыро, чувствовалась близость подвала. Возле одной из дверей Брусов остановился и, достав из бумажника чип-карту, открыл замок.

– Жди меня здесь и не вздумай шуметь. Не хватало только, чтоб тобой заинтересовались посторонние.

– Долго ждать?

– Сколько придется, столько и жди. Нам торопиться некуда.

Дверь закрылась, пискнув сработавшим замком, и Антон снова остался один в полупустой комнате без окон. Постоянные перемещения и ожидания уже раздражали. От скуки Антон заглянул в стоящие здесь пластиковые коробки, но там ничего не было, кроме обрывков упаковки и помятых листков документации на немецком языке.

Он сел на пол, положив голову на колени. Нужно было думать. А этого как раз не хотелось.

Антон не был любителем авантюр, и ему не нравилась неопределенность. Он был уверен, что ближайшие годы так и будет вечерами сидеть с Системой, а утром выходить на рынок в надежде заработать за день хотя бы пятерку.

Сегодня привычный образ жизни претерпел крутой поворот. Его судьбу взяли в свои руки другие люди и, похоже, собирались сильно изменить ее.

За весь день Антон не затратил никакой физической энергии, тем не менее уже чувствовал себя разбитым.

Брусов вернулся не скоро.

Он открыл дверь и кивнул, приглашая Антона выходить. На улице уже темнело. В противоположном конце внутреннего дворика горели огни заведенного автофургона.

– Пока идем, оглашу условия договора, – сказал Брусов. – Их всего три. Первое – ты выполняешь все распоряжения начальника. Второе – ты не делаешь ничего без разрешения начальника. И последнее – ты никогда никому ни при каких условиях не расскажешь про договор и все, что с ним связано. Нарушив любое условие, ты автоматически возвращаешься в камеру.

Хорошо понял?

– Чего непонятного? – буркнул Антон.

– Добро. Лезь в фургон.

Антон немного удивился, что его повезут не в кабине, а в фургоне, как скотину, но возражать не посмел.

Внутри была узкая скамейка. Сквозь маленькое мутное окошко пробивался свет и очертания домов. Понять, куда едет машина, было невозможно, поэтому Антон сел на скамейку и принялся терпеливо ждать. Они ехали долго – видимо, за город.