Фантомная боль

– Если вы хотите, чтоб я стал стукачом, – быстро сказал Антон, – зря теряете время. Я – сам по себе. Мне не на кого доносить, и я мало что знаю.

– Ты слишком шустро соображаешь, – усмехнулся Брусов, и его лицо-булыжник на мгновение изменило форму. – Я тебе пока ничего не предлагал. Подумай-ка сам, что лучше – три года тюрьмы или один год контракта с ЭКОПОЛом?

– Контракт? – изумленно переспросил Антон.

– Вернее сказать, устный договор. Устный договор с жесткими условиями. И с вознаграждением по истечении срока.

– А что?..

– Не спрашивай, что нужно будет делать. Я тебе все равно пока этого не скажу. Могу тебя заверить, что ты будешь проводить время с определенной пользой для себя, сносно питаться, иногда совершать прогулки и развлекаться по своему усмотрению. В любом случае, это интереснее, чем тюрьма.

– Иногда совершать прогулки?

– Больше я не скажу ни слова. И поторопись с ответом. Скоро придет следователь, и тогда ничего нельзя будет изменить.

Ошалевший Антон попытался хоть что-нибудь выспросить, но майор демонстративно отвернулся к окну и замолчал.

Хотя Антон и был готов к подобному повороту, все равно он оказался сбит с толку. Обрывки мыслей никак не хотели соединяться в единое целое, и только где-то на заднем фоне маячило нечто невообразимое: ЭКОПОЛ желает заключить с ним договор!!! Пусть даже и устный...

Но, похоже, непростой это договор. Иначе не было бы таких премудростей. А может, послать их к черту с их загадками, наверняка ничего хорошего они не предложат.

Брусов встал и посмотрел на часы.

– Подумай: сейчас ты можешь встать и уйти со мной. Домой тебя не пустят, но в любом случае у нас тебе больше понравится, чем здесь. Я имею право сказать охране, что беру тебя для оперативной разработки.

Антон никак не мог решиться.

– Если не желаешь отвечать – я пошел. Мне не хочется объясняться со следователем. И пропадай ты пропадом...

Но он не торопился выходить. Воцарилась тишина – такая напряженная, что готова была порваться, как струна, и больно ударить.

Стало слышно, как в соседней камере грохнула дверь и охранник крикнул кому-то: «На выход!»

– Хорошо, – услышал Антон свой голос.

– Ну и правильно, – оживился Брусов. – Пойдем, только быстро.

Антон шагал за майором по гулким коридорам, опустив глаза. Решетки перед ними открывались и тут же с лязганьем захлопывались сзади. Они уже миновали тюремную часть здания и теперь спускались по лестнице.