Статуэтка. Чётки бессмертия

 – Но сначала надо навестить хозяина борделя, у которого нашли смартфон нашей напарницы. Пригласим на «дружеский разговор».

Хозяин публичного дома, в котором насиловали Журналистку, катается по песку, харкая кровью. Его выдёргивают из машины у собственного дома, накинув на голову вонючий мешок с рыбьей требухой, засовывают в багажник. Куда-то везут. Молча бьют. По-настоящему, с русскими матами. С головы стаскивают мешок.

– Откуда у тебя этот телефон? – перевод на тайский. И точный удар в зубы кроссовком.

– Одна клиентка потеряла, – врёт сутенер, орёт от боли в хрустнувших пальцах.

– Нам сказали, что недавно в твоём борделе была акция на русскую девушку, – говорит Аналитик, а переводчик переводит, добавляя от души короткий удар в живот.

– Да, да, было, – причитает хозяин борделя. – Поступил звонок от посредника. Предложил краткосрочный товар на три дня.

– Номер телефона посредника? – новый вопрос.

Джига сравнивает номера.

– Совпадают, – кивает Джига напарнику. – С этого номера звонили Ане.

– Пробить сможешь?

– Попробую.

– Какие условия сделки? – задаёт очередной вопрос Аналитик.

– Девушку нельзя избивать, наносить раны на теле. Количество одновременных партнеров не больше двух. Обязательная видеосъемка и запись на диск. Диски – отдать в порносалон, чтобы выложить записи на сайты для взрослых.

– Номер абонента недоступен, – сообщает Джига и обращается к стонущему на песке: – Ты к ней прикасался?

– Да, несколько раз, – стонет избитый сутенер.

– Тот, кто звонил, таец? – зло спрашивает Аналитик.

– Да. Сказал, что хочет встретиться для сделки. Показал письмо и сжёг после того, как я прочитал условия сделки. Открыл багажник, переложил завернутое тело девушки в мою машину.

– Его самого или номер машины запомнил? – уточняет Ловец.

– На его лице маска была, а номер замазан, – тихо говорит хозяин борделя, сплевывая кровь с разбитых губ. – Помню, что это такси.

– Что ещё помнишь?

– Сказали, что если допущу смерть девушки, то живьём закопают или убьют ритуальным способом.

– Это как? – уточняет Джига.

– Особым ритуальным ножом живот вспорят, – отвечает боевик из группы обеспечения. – У них тут такое бывает.