Статуэтка. Чётки бессмертия

Постанывая, ползаю, катаюсь по земле, стараюсь вернуть форму больному телу.

После разминки отрабатываю боевые связки и удары, работаю на энергетику и скорость. Пот струится по лицу, периодически останавливаюсь восстановить дыхание. Разгоряченное тело с благодарностью принимает речную прохладу. Возвращаюсь в дом. Открываю одну из деревянных тарелок, нахожу испечённые женой хлебные лепешки и кедровый квас. Нехитрый завтрак. Хозяев, как обычно, нет. Задаюсь вопросом: чем себя занять? Взгляд натыкается на мою грязную одежду.

Через несколько минут стираю в реке больничные одежды. Развесив белье сушиться, переодеваюсь в чистую одежду, в которой когда-то ходил здесь. Вещи лежат на своих местах, словно хозяева знали, что обязательно вернусь.

– Я вернулся, – тихо говорю пустому дому. – Прошу, прими меня и дай обрести покой в душе.

– Ой, не успеешь уйти, а он тут уже с ума сходит, со стенами разговаривает, – смеётся Шаманка. Появляется словно из воздуха, даже дверь не скрипнула.

Резко оборачиваюсь на голос, встречаюсь с ласковым и нежным взглядом, в котором столько любви и нежности, что слова исчезают.

Вижу улыбку, невольно улыбаюсь, шагаю к жене, крепко обнимаю.

– Тише ты давить, – хмыкает. – Нас теперь много, будь аккуратнее, милый.

От её волос и тела исходит завораживающий аромат. У меня сбивается дыхание от нарастающего возбуждения.

– Да вы, дяденька, – маньяк, – хмурит брови таежница. – Негоже беременную женщину насиловать, может по голове дать, деток защищая.

– Знаю, родная, – вздыхаю. – Физиология работает. Ты такая сексуальная, что теряю голову от желания. Умом всё понимаю, а тело реагирует по-другому.

– Нормально реагирует, – улыбается. – Ты – выздоравливаешь. Нельзя нам пока нежностям предаваться, да и скоро некогда будет.

– Почему? – настораживаюсь.

– Дед сказал, что на воспитание возьмёт, – смеётся. В смехе, кажется, звучит гордость.

– И что это значит? – хмурюсь.

– Придется пройти несколько испытаний, – терпеливо объясняет.

 – Пройдет несколько недель или месяцев, прежде чем снова сможем увидеться.

– А ты что, куда-то уйдешь?

– Нет, – улыбается. – Ты уйдешь. С дедом. На «поляну воинов».

– Куда?

– Скоро всё узнаешь, – обещает, обняв, целует в шею. – Будь послушным. Дед не любит лентяев. Обещаешь?

– Обещаю, – киваю, пытаясь догадаться, что ждет впереди. Но какие картинки ни рисует воображение, действительность превосходит фантазии.