Золотая Верблюдица

Ну, вообщем «Душка»!

За ним от девчонок прозвание так закрепилось, что настоящей его фамилии в станице не произносилось. И он Машеньку, как любопытную Пандору, влёк.

Никакой вины за собой Машенька – школьница не чувствовала, общаясь с ними. Это же её естественное поведение – быть кокеткой с мужчинами. А то, что этим она соблазняла их на амурные действия – не её вина, а Природы-Матушки. И, если она смотрела на существ противоположного ей пола молча, а тем становилось понятным, что её волнует, так в чём её вина? И почему это предосудительно, безнравственно? А у кого подобное не проявлялось даже при соблюдении целомудрия?

За что же осуждать мужскую половину рода человеческого, которых, как магнитом, тянет здоровая девочка четырнадцати лет, кокетливая, грациозная, дышащая терпким очарованием пробуждающейся женственности? Да, она ещё невинна, но это не означает, что она целомудренна.

Конечно, в пятнадцать лет доверить свои чувства Машенька не могла даже самому близкому человеку. Вот подсмотреть за ним, увидеть в нём то притягательное, отчего вспыхивают в ней желания можно было только в своей семье.

Так её сводный брат стал пристальным, скрытым объектом её внимания. Именно из родного, домашнего развивалось её чувство, скрытое от чужих глаз, сокровенное, тайное, кровное, внутрисемейное, не подлежащее огласке, то есть инцестуозное.

Машенька не могла не заметить, что Виктор стал как- то особенно на неё обращать внимание и иногда, положив свои руки ей на плечи и, как-то загадочно глядя ей в глаза, говорил: "Машенька, какая ты уже взрослая и красавица!"

Поздно вечером, уже лёжа в постели, она вспоминала, как он смотрел на неё, прикоснулся, и что она при этом почувствовала. Она стала непрерывно думать о нём. Он стал для неё самым красивым, а вскоре – любимым.

Она захотела его ласки и решила сделать всё для этого. Попробуйте запретить ей! И вы увидите, на что способна эта юная красавица! То, что подчас приходит ей в голову, когда она в ударе, когда она хочет – это же сущий кошмар, исходящий от этой с виду вполне добропорядочной школьницы!

Машеньке шёл семнадцатый год. Приближался её день рождения.