Диктатор

Но не хотелось бы думать о ней плохо, вдруг она считывает сигналы моего мозга, мало ли как она воспримет охлаждение к ней с моей стороны.

Словно подтверждая мои мысли, пониже спины почувствовал покалывание. Скоро звон в ушах пропал и стало слышно звуки природы и сопение зама.

Мы брели с пригорка на пригорок, тщательно глядя под ноги. Я все еще помнил наставление Рики о змеях, но пока их не было видно. Пару раз недалеко раздавалось шуршание травы, ее стебли колыхались, словно там под их кронами улепетывали от нас таинственные мелкие лепреконы.

Тропическая живность в лесу творила вакханалию. Из джунглей доносился беспрестанный гомон. Режущие слух крики обезьян смешивались с воплями неведомых птиц.

Солнце пекло в зените, моя рубашка намокла от пота, хотя и дул легкий ветерок. Громко шуршала листва высоких пальм и раскачивающаяся трава.

Рики шагал впереди и скоро мой мир ограничился раскачивающимся блестящим брелоком на его темно-зеленом рюкзаке. Похожий на удлиненную застывшую каплю серебра с орнаментом, он болтался перед моими глазами и завораживал.

Я шел за ним след в след, чуть приподняв ладони, чтобы высокая трава, теперь уже доходящая нам почти до пояса, не смыкалась передо мной. Она умудрялась выпрямляться даже после подошв тяжелых армейских ботинок помощника.

С левого бока на его поясе болталась точно такая же кобура, с точно таким же Уэбли в ней. Его длинное дуло иногда задиралось при ходьбе и я опасливо подавал в сторону.

Взъерошенный Санти, видимо утомившись от стресса, связанного со стрельбой, дремал, покачиваясь, на левом плече Рики.

Там попугаю было не так жарко и он задремал, вцепившись когтями в воротник рубашки зама.

Скоро показался высокий холм, как и вся местность вокруг, поросший травой. Пыхтя, долго взбирались на него. С вершины увидели долгожданное озеро.

Оно было огромным. Вода замерла в нем, отражая небо как зеркало.

За озером стояла настоящая гора. Пусть невысокая, но верхушка ее сверкала белизной. Само же каменное тело отличалось от окружающего ландшафта серо-стальным цветом.

Рики достал из рюкзака бинокль. Долго всматривался. Наконец опустил его.

– Надо-с идти правее, синьор, – сказал он. – Фелипе оставил там метку.