Потомок Елизаветы I

На вал были уложены обломанные или обрубленные со стволов ветки, и получалось, что стволы деревьев возвышаются наружу ещё на высоту пять, восемь метров.

По стволам можно было забраться изнутри и что-нибудь в кого-нибудь кинуть. Пробраться снаружи в городище было не возможно, если чем-нибудь завалить узкий проход. Хотя, зачем «чем-нибудь»? По обеим сторонам прохода были заготовлены не очень толстые брёвна, которыми и перекрывался вход. Со стороны скалы деревьев не было, и открывался замечательный вид.

– Дом, – сказал я и сбросил с плеч лямки здоровущего и тяжелющего, но не промокаемого вещевого мешка, сшитого из четырёх «рыбьих» шкур, со швом, промазанным рыбьим клеем.

Наш поход подтвердил правильность сделанного мной выбора материала. Мы неоднократно переворачивались на плотах и мокли, но мешки доказали свою водонепроницаемость.

Что интересно, мешки были большие, и при необходимости, его можно было надеть на себя. Просто, рыбью кожу хорошо выделать у меня не получалось, но это и хорошо.

Всю рыбу мы обесшкуривали, и у нас скопилось много сырья для кожаного производства.

Отправив детишек резвиться, отдыхать они не захотели, а сам завалился на спину. Мешок у меня был очень тяжёлым, а ремни не очень удачные.

Рысь подошла ко мне и прилегла рядом. Когда со мной были другие люди, она не позволяла себе щенячьи нежности, а вот в отсутствии оных….

Рысь подползла ко мне на животе и лизнула меня в плечо.

– Щекотно, – шутливо возмутился я, и перевернулся на бок, дотягиваясь рукой до её живота.

Рысь подползла почти в плотную ко мне, и тоже перевернулась на бок, подставляя под мою руку свежий, едва зарубцевавшийся шов. Я, слегка касаясь пальцами, погладил его, а «кошка» застонала от наслаждения.

Было дело, она пыталась чесать заживающую рану своими задними лапами, но когти разорвали «нити», и швы разошлись. Увидев кровь, я обрушился на Рысь с такой гневной тирадой, что она поджала уши и добровольно дала себя зашить снова.

После этого, едва увидев, что она садится в удобную позу, чтобы почесаться, я кричал на неё, подходил и нежно почёсывал шрам. В первый раз она попыталась меня куснуть, но получила от меня по морде ладошкой, чему сильно удивилась.