Потомок Елизаветы I

– Вода – друг, – возразила Игра.

– Вода и друг, и враг, – сказал я, прыгнул с плота и, взмахнув руками, погрузился под воду с головой.

Я поплыл под водой в сторону противоположного берега, отстоявшего от нас метрах в двухстах. Не выныривая больше минуты, я потихоньку всплыл, и увидел, как Игра и Срок мечутся по берегу, а плот уплывает вниз по реке.

Я замахал руками, делая широкие гребки, и через какое-то время догнал плот, забрался на него и причалил напротив небольшого острова. Испуганные детишки, догнавшие меня по берегу, смотрели на меня, как на воскресшего.

– Видишь, – сказал я Игре. – Вода – враг. Учись плавать, потом вода друг.

Как-то само собой получилось, что Срок уселся в центр плота на доски, и мы уже решили плыть снова, как я передумал. Солнце садилось, а лучшего места для ночёвки я не видел.

Завалив высокий ствол бамбука на нижней оконечности острова, мы прикрепили его к его же пню, а к его тонкому концу привязали плот.

Нарубив ещё бамбуковых брёвен, мы уложили их на плот, закрыв дыры. И получили прекрасную площадку для ночлега. Однако эту ночь спать нам не пришлось.

Едва зашло солнце, на ближайшем к острову берегу реки появились тени. Я не мог разглядеть и понять, что это за звери, но Урф сказал мне: «Волки». Назвал он их, конечно по-другому, но понял я его именно так: хищные стайные животные. Я сказал по-русски:

– Волки, – и Урф со мной согласился.

– Волки!

С некоторых пор у меня включилось ночное зрение. Вернее, не ночное, а сумеречное. Вроде как ПНВ с ИК подсветкой, но только от естественных световых источников. Как бы включалась функция «яркость» на сто процентов. В кромешной тьме данная способность не работала.

В рассеянном свете зашедшего солнца, я видел этих тварей, и мне не хотелось иметь с ними дело.

Что-то волчье, или собачье у них в облике, безусловно, присутствовало, поэтому: «пусть останутся волками», – подумал я.

Низкорослые и прыгучие существа заполнили берег и стали переправляться на остров, а некоторые, которых снесло течением, поплыли прямо к плоту.

Вооружившись дубиной, я встретил первую особь ударом по голове и всплывшее вверх пузом тело поплыло по реке.

– Бейте, – крикнул я, и отдал своё тело Урфу, он всё же был ловчее меня.

Переправившиеся на остров… крысы. Какие, нахрен, волки?! Это – крысы! Это были крысы, большие, как волки, но – крысы.