Охотник на мафию – 3

Галина, сначала фыркала, время от времени показывая девочкам на «папу Олега», сидевшего с прикрытыми глазами, но он сказал, что эту музыку он любит слушать с закрытыми глазами, и от него отстали.

А Мамаев сидел, стараясь раскрыть горловую чакру Вишуддха как можно сильнее, и медитировал на перемещении в неё из нёбного резервуара нектара богов, излечивающего от болезней и дающего человеку жизнь, а возможно и бессмертие. Юрий недавно прочитал об этой чакре и решил попробовать рекомендованные практики. Тем более, что случай представился уникальный.

В конце концов Мамаев заснул. Правда это приключилось с ним в конце первого акта, и он быстро проснулся, разбуженный аплодисментами. Второй музыкальный акт «Щелкунчика» версии оркестра Театра Натальи Сац Мамаев прослушал без потери над собой контроля.

* * *

Анатолий Борисович возвращался на свою дачу в Переделкино и увидел, что на обочине нет злополучного надоевшего ему «Москвича».

Он улыбнулся.

– Увезли, что ли?

– Нет.

– Как узнали?

– Обижаете, Анатолий Борисович. Наша дежурка эту трассу пять раз на дню проезжает. Засекли суету утром. Через час, как вы проехали. Выставили пост. Проследили. Завести не смогли. Через три часа они его за шкворку утащили. Раскорячились на дороге…

– Кто приезжал?

– Дедок и племяш его… На джипе. Который тот раз машину забирал. Всё под капотом ковырялся, а дедок в машине сидел. Холодно сегодня.

– Может ему машину подарить? – задумчиво произнёс Чубайс.

– Лучше мне подарите, Анатолий Борисович.

– Жигули, что ли? – усмехнулся Чубайс. – Давай подарю.

– Не-е-е… На жигулях пусть крестьяне ездят.

– А ты думал, я ему «Мерседес» шестисотый подарю? Ха! Ха! Ха! Наивный Чукотский юноша.

Анатолий Борисович гнусаво рассмеялся. Потом его смех вдруг резко прервался.

– Не подарю я ему ничего. Передохли бы они все поскорее. Эти пердуны совдеповские.

Глядя вперёд, он вдруг насторожился.

– Что это на стекле? Снег?

– Снежок пошёл.

– Не гони.

– У нас резина зимняя. Новьё! Дорогу держит, аж лёд режет.

– Сказал: «Не гони!», чего не понятно? – угрожающим тоном спросил Анатолий Борисович.

– Понял, шеф!

– И не шеф я тебе. Сколько говорить?

– Извините, Анатолий Борисович, – сказал водитель, мысленно чертыхнувшись и обозвав «шефа» «рыжим вонючим козлом». Тоже, естественно, мысленно.