«The Coliseum» (Колизей). Часть 1

Что отказывать Людочка стеснялась, какого бы качества не было приглашение, стояло не последним в расчетах той. Галина Андреевна проводила пару торжествующим взглядом.

– Ладно, молодые люди, – она поднялась, – добирайтесь до дому сами. На этот раз провожать не буду! Пока.

– Д-да я з-здесь один!.. – попытался возмутиться Эдик.

– Надо же, заметили! Значит не всё потеряно. А одни, мсье, вы останетесь только через секунду. Адьё! Тот уныло посмотрел ей вслед.

Утро, как и всякое утро после юбилеев, было тяжелым.

– Уфф… А я думаю кто это?

– Примешь? – Бочкарев указал на полный бокал вина.

– Не… лучше водки.

Самсонов с трудом сделал шаг к холодильнику и открыл его – напротив, в банке с рассолом, понурив голову, плавал одинокий заморенный помидор.

– Так вчера выпили всё, – бросил гость.

– Ё-моё! Придется вина, – проворчал хозяин.

– Да тоже последний бокал.

– Не добивай, – и, залпом осушив остатки, он присел. Тонкие куски колбасы уже чуть приподняли края-крылья, пытаясь взлететь. Примерно о том же мечтал хозяин.

– Это старая нарезка. Я нашел ее в холодильнике, – Бочкарев вытер последнюю тарелку и тоже сел. – Больше ничего не было. Слушай, а ты помнишь этих двух девок… ну, с которыми вчера к тебе ввалились?

– Более менее, – с трудом выговаривая слова и морщась, ответил Самсонов.

– Да где, где… «шлифанули по остановкам», – как ты выразился.

– Успешно? – угрюмо усмехнулся собеседник, вспомнив одного знакомого – любителя таких занятий.

– Тебе знать лучше, я только поддерживал… под руки. Поехал провожать, ну и у школы… – Бочкарев вдруг смутился. – Помнишь, та… которая со мной, по-моему, слишком молодая была? А?

– Что тебя сейчас волнует?! Ты в шкафах смотрел?

– Вроде всё на месте.

– Да я про водку.

– Не… не смотрел. А волнует, не то слово… противно. Не люблю молодых.

– Да брось… – Самсонов встал и принялся открывать одну дверцу буфета за другой.

– О! Я же нутром чую ее присутствие! Вибрацию! В унисон с моим желанием! – восторженно воскликнул он, доставая бутылку водки. – И крошечка-картошечка, с тушенкой тут же. Как я забыл убрать в холодильник? Живем! – настроение у него поднялось.