Восход черного солнца

По тому, как заметно потеплело, Катерина поняла, что взошло солнце. Теперь лучи согреют ее измученное тело. Изредка она вставала, делала два-три шага в одну сторону, два-три шага в другую и садилась вновь.

По ее прикидкам было уже одиннадцать дня, когда она услышала звук какой-то машины. Не желая упускать свой, может, единственный шанс, девушка просто легла на дорогу. Она не знала, как лежит, вдоль или поперек, но это, как ей представлялось, было единственным способом привлечь внимание водителя.

Наконец по звукам Катя определила, что автомобиль остановился, у нее отлегло от сердца.

– Помогите, – сквозь вдруг нахлынувшие слезы попросила она. – Я ничего не вижу.

– Что с тобой случилось? – услышала она над самым ухом мужской голос. – Ну-ка, поднимайся.

Сильные руки подхватили ее под мышки и поставили на ноги. У Кати по щекам градом катились слезы.

– Я ничего не вижу. Ослепла, поранила ногу. Мне больно. Отвезите меня, пожалуйста, домой, к маме.

Ее подвели к машине и усадили на сиденье.

– Это «Волга» или что-то такое же большое, да?

– «Волга», «Волга». – Екатерина поняла, что подобравший ее человек сел за руль. – Ты что здесь делаешь?

Она не стала отвечать на вопрос.

– Отвезите меня к маме, мама с вами расплатится. Или возьмите вот это.

Она вспомнила про кольцо и решила отдать его, лишь бы ее довезли до дома. Однако на пальце ничего не оказалось. Эта мразь успела снять с нее украшение.

– Ну ладно, я думала, что у меня кольцо на пальце, а оказывается, что ничего нет.

Водитель попросил девушку успокоиться.

– Я, наверное, вся в грязи?..

– Ну, не так, чтобы очень. И давно ты блуждаешь по лесу?

– С сегодняшней ночи.

– До реки, милая моя, тебе осталось всего триста метров. Так бы и до Волги доковыляла.

– Похоже, я ходила кругами. Потому что все и началось почти на берегу Волги.

– Вот оно как. Как тебя зовут?

– Катя.

– А меня – Иван Павлович. Я председатель местного колхоза.

– Сегодня ночью.

– И где та сволочь, которая с тобой это сделала?

– А что, это так заметно?

Она услышала в ответ горький смешок.

– Я, конечно, еще не все в жизни видел, но к пятидесяти годам начинаешь во многом разбираться, так что... Если не хочешь – не говори, но после того, как я привезу тебя к матери, позвоните в милицию.

– Да-да, – едва слышно проговорила Катя.