Всякому волку свой волкодав

Когда он достиг двери и пнул ее ногой так, что та едва не разлетелась в щепки, кто-то коснулся его свободного плеча и дерзко произнес:

– А ты у нас спросил разрешения, чтобы ее забирать? Ты, пятнистая жаба, мать твою.

Величко медленно обернулся. Грубиян оказался обычным бритоголовым пацаном.

– Ну, чего тебе? – недовольно осведомился Величко. – Мечтаешь о проблемах?

– Это ты, наверное, о них мечтаешь, – не испугался его слов парень. Он взял за горлышко оставленную кем-то на столике бутылку из-под коньяка и с силой ударил ею о край стойки.

Осколки стекла со звоном посыпались на пол, а в руке парня теперь было колюще-режущее оружие, в народе ласково именуемое «розочкой».

Проигнорировав угрозу, Александр вышел за дверь. Позади послышались еще несколько угроз, неожиданно прерванных душераздирающим криком грозящего. Величко не обернулся, прекрасно зная, что это учит подонков уму-разуму его пес Граф, только и мечтавший вцепиться кому-либо из присутствующих в ягодицы. Теперь, видимо, желание это исполнилось.

* * *

В квартире временного хозяина Величко со своей ношей оказался далеко за полночь. Сбросив спящую на его плече девицу на стоящий в гостиной диван, он вышел во двор в поисках Графа, слишком разошедшегося в баре и никак не желающего успокаиваться. Пес кидался на каждый качающийся от ветра куст и безжалостно теребил его.

– Граф! Да что с тобой такое, дружище? – окликнул собаку Величко, остановившись на невысоком крыльце, украшенном металлическими перилами.

 – Пора бы и угомониться.

Услышав голос хозяина, пес замер и уставился умными глазами на Александра.

– Ну, давай заходи, – кивнув в сторону приоткрытой двери в дом, произнес Величко. Граф беспрекословно подчинился хозяину и взбежал на крыльцо. Пустив в дом пса, Александр вошел за ним следом.

Оказавшись вновь в гостиной, Александр подошел к дивану и посмотрел на спящую Валерию. Девушка лежала, свернувшись калачиком и уперев колени едва ли не в подбородок. Маленькая ее мордашка теперь казалась не такой уж отталкивающей и раздражающей, как некоторое время назад.

Сон действовал на девушку благотворно, она расслабилась. С ее лица сошло выражение надменности и вседозволенности. Сейчас на диване лежала такая же девчонка, как и другие, а не богатая дочурка влиятельного папика.

«Надо бы отнести ее на место», – подумал Александр. Он приблизился к девушке и протянул руки.

– Поцелуй меня, – сонно протянула Валерия, не поднимая опухших век.