Шесть извилин под фуражкой

– Что у вас тут правильно? – раздался густой бас Ворохватова. Дверь открылась, и в комнату вошел старший лейтенант.

Курсанты вскочили со своих мест и вытянулись по стойке «смирно». Только Пешкодралов так и остался лежать на кровати, изображая последнего на свете мученика. Ворохватов это заметил и спросил:

– А что это с курсантом Пешкодраловым случилось?

– Заболел он, – быстро нашелся Веня.

– Раз заболел, значит, нужно отправить его в медпункт, – пожал плечами Иван Арнольдович. – Мало ли какая у него болезнь.

– Не надо меня в медпункт, – быстро слез с кровати Леха, испугавшись того, что его действительно могут отправить к врачам, и он не сможет повидаться с женой Мочилова. – Со мной все в порядке, я просто вздремнул чуть-чуть.

– По-моему, он все-таки болен, – подозрительно глядя на курсанта, сказал Ворохватов.

– Нет-нет, со мной все в порядке, – яростно замотал головой Пешкодралов. – Готов хоть сейчас идти в бой с ненавистной преступностью.

– Ну-ну, какие громкие слова, – иронично усмехнулся Иван Арнольдович.

– А мы как раз разработали несколько версий по этому поводу, – вставил свое слово Веня.

– Да? – удивился Ворохватов. – Не думал, что у вас так быстро это получится. И какие же это версии?

– Первая…

– О том, что капитана похитили вы из личной к нему ненависти, – перебил Кулапудова Дирол, за что тут же получил от Вени кулаком по спине.

– Кретин, – сквозь зубы процедил Кулапудов. – Эту версию мы откинули. Ты что, забыл?

– Ой, и правда, – спохватился Зубоскалин. – Извините, товарищ старший лейтенант, это я перепутал.

Иван Арнольдович несколько минут сверлил глазами то Веню, то Дирола, но потом взгляд его смягчился, и он полным достоинства тоном проговорил:

– Я бы никогда не пошел на такой поступок, ибо закон для меня превыше всего и нарушать я его не стану даже под страхом смертной казни.

– А мы так и подумали, – счастливо заулыбался Санек, но, получив новый толчок в спину, заткнулся.

– Иван Арнольдович, мы тут подумали и вот что решили. Мочилова мог похитить или человек из школы милиции…

– Кто именно?

– Кто-то из курсантов.

– Да, из преподавателей точно никто этого сделать не мог, – согласился Ворохватов.

– Или же какой-то тайный враг Глеба Ефимовича, не имеющий отношения к школе милиции.

– Что вы намерены делать? – напрямую спросил Иван Арнольдович.