Шесть извилин под фуражкой

 – А это, как я понимаю, новая речь, – он указал на листок, который держал в руках Кулапудов.

– Она самая, – кивнул Веня.

Ворохватов взял речь и принялся читать про себя. Курсанты застыли в ожидании, внимательно наблюдая за лицом старшего лейтенанта и надеясь увидеть на нем выражение крайнего восторга. Но надеждам этим не суждено было сбыться. Сначала, правда, лицо Ворохватова выражало одобрение – он кивал и улыбался. Но потом что-то случилось, и физиономия Ивана Арнольдовича начала краснеть, начиная с кончиков ушей и заканчивая кончиком мясистого носа.

– Что э-то та-ко-е? – чеканя каждый слог и поднимая на курсантов, в частности на Веню, полные ярости глаза, спросил Ворохватов.

– Что? – не понял Веня.

– Я спрашиваю, что здесь написано? – дал не совсем полное объяснение старший лейтенант.

– Где? – снова не понял Кулапудов.

– Хорошо, я сам прочитаю. Здесь написано: «Особо следует выделить группу капитана Мочилова, потому что именно под его руководством курсанты успешно борются с преступностью и являются образцом морали и нравственности.

– Ничего себе, – тихонько присвистнул Дирол, но вовремя замолчал, взглянув на Ворохватова, на котором, как говорится, лица не было.

– Так вот, значит, на кого мне равняться надо! – взревел он. – Это вот, значит, кто у нас образец нравственности и морали! Ну, Кулапудов, не ожидал я от тебя такого.

– Иван Арнольдович, это не я писал, – промямлил ничего не понимающий Веня.

– А кто написал?

– Я, – тихо подал голос Леха. – Я это… Простите меня, товарищ старший лейтенант. Я просто немного увлекся. А вы последние слова из речи выкиньте, и все будет хорошо, – робко посоветовал он.

– Я не слова выкину, я всю речь выкину! – заорал Ворохватов, разрывая листок на мелкие кусочки, к ужасу всех курсантов. – А ты, Пешкодралов, сейчас пойдешь домой к капитану Мочилову и выяснишь, почему он до сих пор не явился, в крайнем случае заберешь мою речь и без нее можешь вообще не возвращаться.

– Понял, – вздохнул Пешкодралов. – А у капитана что, телефона дома нет? Ведь можно же никуда не ходить, а просто позвонить и узнать, где он.

– Звонили уже. Похоже, у него телефон сломан, – сообщил старший лейтенант.

– А как же торжественное построение? – не унимался Леха.