Прекрасная попрошайка

 – Просто мы никак не можем найти вещь, купленную на аукционе неделю назад. Как раз в тот день, когда я оставила вас с Лизой вдвоем. Понимаешь, Константину очень понравилась одна статуэтка из слоновой кости. Как уверял ведущий, она была сделана в восемнадцатом веке где-то на Ближнем Востоке.

– Припоминаю, ты что-то говорила.

– Это воин, кажется, янычар, с кривым мечом, тюрбаном на голове. Ну купили и купили. Поставили ее в сервант. А сегодня пришли и никак не можем ее найти. Ни он, ни я не помним..

– Что-нибудь еще пропало?

– В том-то и дело, что больше ничего не пропало. А статуэтку найти не можем. У нас две двери. Обе стальные. Живем на седьмом этаже.

– А через балкон? – предположила Данилова. – От соседей мог кто-нибудь войти?

– Решетки на лоджии у нас нет. Но от соседей мы все проходы уже давно заложили кирпичом. Может, это и не соответствует нормам пожарной безопасности, но тогда мы думали именно о том, что кто-нибудь может залезть. На лоджии все чисто.

– Ой, подруга, – вздохнула Данилова.

– Да, только взяли мы его за двенадцать с половиной тысяч.

– Сколько? – Данилова не поверила собственным ушам. – Вы что, сумасшедшие, что ли?

– Это не я, – начала оправдываться Катерина. – Это муж мой уперся и ни в какую не хотел сдавать.

– Ой, – вздохнула еще раз Дарья. – Ну вы даете. Деньги вам девать некуда, что ли? Катя, если хочешь, я завтра приеду, мы еще поболтаем.

– Ты все шутки шутишь, Даша, а мне не до смеха. Кто-то все-таки у нас побывал. Знаешь, как неприятно.

Данилова пережила уже не одно вторжение в свою квартиру и прекрасно понимала подругу, но сообщать ей о том, что и у нее бывали гости, она не стала.

– Знаешь, пока, Катя, господь меня миловал. Никто ко мне не лазил и не дай бог, конечно, если залезет. Я обязательно завтра приеду, и ты мне еще раз все расскажешь.

«Кстати, на том же Востоке считают, что здоровье можно поддерживать именно с помощью массажа ног и, в частности, стоп», – напомнила себе Данилова.

Как все интересно... Если Константин заплатил за этого янычара двенадцать с половиной тысяч, то, скорее всего, был некто, кто предлагал двенадцать.