Разговорчики в строю

Здоровые люди – они везде нужны. Ну как, будем смотреть, пока они здесь все не лягут? Может быть, выясним, кто самый выносливый? Или же вернемся к истории части?

– Да нет, тут интересней, интересней! – загалдела Глаша.

Но на нее неприветливо посмотрели подруги, ведь парило – вроде как бы тучки, в то же время и солнышко проглядывает время от времени. Дождь не начинается. Давление пониженное, влажность большая. В своих блузочках и футболочках девчонки пропотели. Мужики, которые по приезде были в пиджаках, сейчас с себя их поснимали и оставались в рубашках.

Комбат также держал пиджак на сгибе руки и сейчас ратовал потихонечку за то, чтобы они поднялись в штаб. И тогда бы лейтенант Мудрецкий и начальник штаба закончили бы здесь выступление.

– А может, они нам еще что-нибудь покажут? – не унималась Глаша.

Стойлохряков передал через Холодца находящемуся на плацу Мудрецкому, чтобы тот быстренько придумал еще что-нибудь. Лейтенант был обескуражен, он в цирке не работал. Что он сейчас здесь, жонглировать будет или на шпагат сядет? В то время пока он размышлял, его взвод нарезал круг за кругом, и все зависело от лейтенанта, когда он придумает что-нибудь.

Положение надо было спасать. Выматывать людей просто так, ради показухи, Мудрецкий не желал. Поскольку он взводник, считай, что он их папа, и лишний раз наказывать людей, даже ради приезда каких-то корреспонденток…

– Шагом! – скомандовал лейтенант. – Отбой химической тревоги!

Люди с облегчением посрывали с себя «презервативы» и стали вытирать вспотевшие лица потными же руками, сдирая резиновые перчатки.

– Ну вот видите, – с наслаждением смотрел комбат на своих людей, – вот это и есть боевая подготовка. Сейчас нам лейтенант еще что-нибудь продемонстрирует, – с надеждой поспешил добавить комбат, хотя и не знал, что же можно такого еще выкинуть. Вот хорошо с трубой придумали, Простаков выступил. А что еще?

Резинкин не поленился и посчитал – они пробежали по небольшому плацу сорок шесть кругов.

Это не слишком много, но зачем же так вот с людьми после обеда? И когда их лейтенант остановил, Витек стал пялиться на молоденьких корреспонденток уже не через стекла противогаза, а, что называется, невооруженным глазом.

Тем временем Мудрецкий скомандовал:

– Интервал три метра!

Люди, стоящие в две шеренги, рассредоточились по плацу.

– Упор лежа принять! – скомандовал Мудрецкий.

Все нехотя уперлись руками в асфальт.