Последняя стрелка

Ледяная вода, которую он плеснул сначала в лицо, а потом на голову, не избавила его от неприятных мыслей. Вдруг дверь распахнулась, и на пороге появилась Светлана.

– Что это такое? – ледяным тоном спросила она.

Владимир обернулся в тот самый момент, когда жена швырнула ему в лицо измазанный губной помадой носовой платок. В первую секунду Полунин не сообразил, что это в него летит. Но, поймав платок, рассмеялся.

– Дурацкая история, – сказал он громко, стараясь перекрыть шум льющейся воды. – Представляешь, в ресторане на банкете в честь заместителя министра наткнулся на красотку, которая красила губы.

– Чем наткнулся? – В голосе Светланы был не просто гнев. В нем звучала ненависть. – Платком? Или чем-нибудь потверже?

– Что ты такое говоришь? – удивился Полунин. – Я же тебе объясняю, что девушка красила губы и, когда я ее толкнул, мазнула меня по лицу губной помадой...

– Так зачем же ты ее трахал, когда она подкрашивалась? – сорвалась на крик Светлана. – Тебя это возбуждает? Тогда брал бы ее сзади!.

– Перестань ерунду городить! – Полунин начинал терять терпение. Недоверие жены оскорбило его, поскольку ему не в чем было себя упрекнуть. – Дослушай до конца, а потом закатывай истерику.

– Это не ерунда, – зло бросила Светлана. – И нечего выдумывать всякие идиотские истории. Было бы лучше, Полунин, если бы ты рассказал мне правду!

– Я и расскажу ее тебе, если ты хоть пару секунд помолчишь. – Владимир удивленно вглядывался в лицо жены, так изменившейся с момента его возвращения домой.

Светлана кивнула, и Полунин рассказал все, что с ним произошло, начиная с того момента, как Батон вызвал его на улицу и заканчивая расставанием с Вольцевым. Выслушав мужа, Светлана с горечью рассмеялась.

– Замечательная история, – проговорила она. – Только вся беда в том, что она так же похожа на правду, как яичница на дракона. Я не хочу ни слышать, ни видеть тебя до тех пор, пока ты не расскажешь, что было на самом деле. Все. До мельчайших подробностей. Ужин сам разогреешь.

В первую секунду на него волной нахлынула злость. Ему хотелось крушить все вокруг. Ведь это он имел право ревновать, а не она. Ни разу в жизни Полунин не дал ни одной женщине повода усомниться в его верности. Светлана не могла этого не знать и все же не поверила ему.

Чтобы как-то справиться с эмоциями, Полунин сунул голову под кран и так стоял несколько минут.