По прозвищу Китаец

В кругу тех, кто искал его защиты или просил об услуге, а также среди местной газетной братии, с которой Танина связывало его журналистское прошлое, принимая в расчет его происхождение и внешность, его называли Китайцем.

* * *

Улица Московская, где Китайцу забили «стрелку», была одной из центральных улиц Тарасова. Она соединяла два вокзала – речной и железнодорожный, и даже в этот поздний час по ней двигались автомобили.

Китаец догадывался, что убивать его не собираются, во всяком случае, сейчас, но все же отошел к дому, подальше от проезжей части.

Те, кто назначил ему встречу, довольно удачно выбрали место для нее. Если бы он привел за собой ментов, то последним было бы сложно спрятаться где-то поблизости. Сам же Китаец вообще стоял на пятачке, продуваемый всеми ветрами и открытый всем пулям. Но данное обстоятельство его сейчас волновало меньше всего, если вообще можно было употребить слово «волновало» по отношению к Китайцу.

Он услышал приближающийся шум мощного мотора. Но машина ехала не по Московской, а по Рахова, со стороны аэропорта. Это был большой темно-серый джип «Тойота Лендкрузер» с лебедкой на переднем бампере. Джип медленно проехал мимо угла, где стоял Китаец, пересек Московскую, замерев на несколько секунд на светофоре, и остановился у аптеки на другой стороне улицы.

«Проверяют, – усмехнулся Китаец. – Ну-ну, проверяйте».

Джип, постояв с минуту, тронулся с места, развернувшись на следующем перекрестке, проехал по другой стороне улицы и затормозил перед ярко освещенной витриной супермаркета. Китаец услышал два коротких гудка клаксона и, оглядевшись по сторонам, неторопливо двинулся в сторону джипа, сквозь тонированные стекла которого ничего не было видно.

Он подошел к «Тойоте» почти вплотную, и тогда в машине, плавно двигаемое электромотором, немного опустилось стекло на месте водителя.

– Обойди тачку спереди, – приказали ему.

Он повиновался. Открылась задняя дверца со стороны тротуара, и на освещенный ярким светом витрины асфальт вышел толстяк под два метра ростом.

– Лицом к машине, – скомандовал он высоким, как у кастрата, голосом. – Оружие есть?

Китаец молча хлопнул себя по боку, где лежал пистолет.