Лицо на продажу

– Если хотите грабить – бумажник во внутреннем кармане, – задыхаясь, пробормотал он. – Там еще есть пара сотен.

Признаться, я оторопел – я ожидал чего угодно, только не обвинения в разбое. Мои розыскные мероприятия оборачивались какой-то странной и опасной стороной. Невольно мои пальцы сами собой разжались, и освобожденный доктор обессиленно опустился опять на ступеньки, болезненно морщась и потирая шею ладонью. Я присел рядом с ним и бессильно опустил руки. Так мы сидели несколько долгих минут, не зная, что сказать друг другу.

– Закурить есть? – спросил я безнадежно.

– Не курю! – мрачно буркнул хирург, покосившись на меня с опаской.

Мы еще немного помолчали.

– Кепку, черт, потерял! – с досадой вдруг сказал хирург.

– Можно спуститься поискать, – предложил я.

– Чего там искать! – зло откликнулся хирург. – Затоптали все! – Он плюнул на пол и ожесточенно растер плевок ногой.

Сейчас он уже не казался мне подозрительным – измученный, полупьяный человек, не понимающий, чего от него хотят.

– Как вас зовут? – спросил я.

Хирург издал губами звук, напоминающий ржание.

– Ты гнался за мной, чтобы спросить, как меня зовут? – спросил он, вкладывая в ответ весь сарказм, на который был способен.

– Хорошо, сформулирую вопрос иначе, – со вздохом сказал я. – Где вы находились в момент убийства на территории больничной автостоянки?

Хирург раскрыл рот и беспомощно уставился на меня, глаза его косили – самую малость.

– Так ты из милиции… – устало пробормотал он.

Мне не хотелось возражать – забавно было почувствовать себя в шкуре полицейского. Но хирург, кажется, не разделял моих чувств. Он повесил голову и обреченно сказал, словно размышляя вслух:

– Вы, менты, окончательно обнаглели – ведете себя как отморозки из подворотни!

Мне стало обидно за милицию, и я сказал:

– Ага, а вы не обнаглели – лупить сотрудника по голове трубой! При исполнении! Это знаете чем пахнет?

– Я же не знал, – резонно заметил он.

– Как фамилия? – требовательно спросил я.

– Груздев, – сказал он покорно. – Груздев Николай Петрович. Только я ни про какое убийство не знаю. А что, действительно кого-то убили?

Он даже не старался изображать удивления – ему было абсолютно безразлично. Я окончательно понял, что сел в лужу, но постарался выжать из ситуации все, что возможно.