Месть однокла$$ника

– Вот ты в школе был влюблен в какую-нибудь девчонку? – зашел Василий с другого бока. В его голосе появился оттенок раздражения.

– Ну был, сто раз, – фыркнул Артем.

– Хотел бы узнать, что с ними сейчас? Где они, – продолжал Василий тоном ведущего допрос следователя.

– Да не очень, – нарочито небрежно бросил Артем и отхлебнул пива с беззаботным видом. Ему нравилось злить друга.

– Ну и пошел ты, – в сердцах выпалил Василий, схватил бутылку пива и отвернулся от него с покрасневшим лицом, бормоча себе под нос, что он тут не намерен распинаться перед всякими мудаками.

Артем дружески похлопал его по плечу, но Василий зло стряхнул руку. Было слышно, как он шумно дышал.

– Да ладно тебе, не напрягайся, – попробовал еще раз Артем, – твои «Одноклассники» – офигенная вещь. Я сам всегда мечтал на этот сайт залезть, да не было времени. Что там делать-то надо?

– Отвали, – буркнул Василий, не поворачиваясь, – хватит гнать мне тут пургу! Мечтал он!

– Нет, ну в натуре, интересная штука, – Артем дружески пихнул его в спину, – эй, давай колись, долго там их искать, а то у меня времени нет.

Если там недолго – обещаю: как приедем в город, то сразу в Интернет.

– Недолго, – буркнул недовольный Василий, – там надо только зарегистрироваться, дать свои данные и искать. Настолько просто, что и ребенок справится. – Он запнулся, помолчал, а затем пробормотал заплетающимся голосом: – Чего-то мне кажется, что я надрался.

– Чего надрался? Всего по шесть бутылок пива выпили, а ты уже лапы кверху, – воскликнул Артем, подначивая друга, – просто детский сад! Мы еще шашлык не ели.

Давай еще под шашлык по одной бутылочке уговорим – и все.

Василий задумчиво посмотрел в потемневшее небо, на котором начинал проступать бледный диск луны, и отрицательно покачал головой:

– Нет, мне уже хватит. Пиво какое-то термоядерное. По-моему, его чем-то разбадяжили.

Из-за спины послышался шорох. Артем решил, что это собаки, обернулся с куском колбасы наготове, однако вместо овчарок увидел сторожа, пятидесятилетнего мужчину – худого, осунувшегося и небритого.

Все его звали Семенычем. Василий подобрал его где-то чуть ли не на свалке. Теперь Семеныч верой и правдой работал здесь, охранял владения, выполнял мелкую работу, ремонт домиков и инвентаря. Вечно взъерошенный, озабоченный, с непередаваемой печалью в глазах.

– Ты чего? – слегка оробев, спросил Артем, глядя на окровавленный топор в руках сторожа.