Кулак и крест

Любой человек может чувствовать себя ответственным за других, за страну. Вспомни по старым фильмам, как старые рабочие гордились своей потомственностью, заводом. Эти не проходили мимо хулиганов и не глазели, как в огне гибнут люди. У них внутри был четкий стерженек.

– Ну, это все идеологические сказки! – отмахнулась девушка. – Стахановцы всякие…

– Нет, Олюшка, – покачал головой отец Василий, – идеологические, но отнюдь не сказки. Снимали и показывали такие фильмы, согласен, с идеологической точки зрения.

Но костяк у людей в то время был мощный, вера у них была в свое. А у кого нет ни веры, ни авторитетов в жизни, тот ущербен по своей натуре. Потому что в огонь ради других не бросится и на амбразуру ради себя, любимого, тоже. На подвиги убежденность в своей правоте толкает и чувство ответственности за все происходящее вокруг.

Неожиданно священник сорвался с места и мгновенно оказался в коридоре около следующего купе.

– А ну-ка, постой, чадо мое! – послышался его голос.

Ольга, опешившая от такой неожиданной выходки священника, выскочила следом в коридор. Отец Василий крепко держал за руку молодого прыщеватого паренька лет восемнадцати-двадцати. Тот дергался, испуганно глядя на здоровенного бородатого мужика, перехватившего его у выхода.

– Че такое, – пытался ерепениться парень, – пусти!

– Э, нет, чадо, ты сначала покажи, что это у тебя за пазухой такое, – строго ответил священник.

Несмотря на активное, но абсолютно бесполезное сопротивление парня, отец Василий сунул свою руку ему за отворот джинсовой куртки и вытянул оттуда небольшую дамскую сумочку.

– Так я и знал, что без этого не обойдется, – сказал он огорченной проводнице. – Пока пассажиры на улице глазеют на аварию, обязательно какой-нибудь ловкач пробежит по купе дорогого вагона. Ну-ка, зайдем сюда, отрок.

Священник втянул парня в служебное купе проводницы и толкнул его на диван. Не слушая сбивчивых объяснений, что сумка принадлежит мамаше парня, а он просто решил вынести ее на улицу, потому что мамаша беспокоилась, что украдут.

В дверях купе возник один из проводников с нагрудным крестом отца Василия в руках.

– Все, батюшка, принимайте работу, – протянул он крест с вновь соединенной цепочкой, которую священник оборвал в горящем вагоне.

Задержанный паренек озадаченно смотрел то на проводников, то на задержавшего его бородатого мужика, который оказался попом. Вот уж незадача так незадача.