Мечта девочки по вызову

Придя домой, Наташка, не раздеваясь, повалилась на диван и тут же уснула мертвым сном, словно провалилась в черную, беспросветную яму. Она не знала, сколько спала. Ее разбудил настойчивый, оглушительный звонок во входную дверь, сопровождавшийся стуком. Проснувшись, она некоторое время продолжала лежать неподвижно, надеясь, что нежданный посетитель решит, будто ее нет дома, и уйдет. Ей казалось, что смертельная усталость вот-вот возьмет верх и над этим шумом и она снова уснет. Однако звонки и стук в дверь не прекращались, и у Наташки возникло опасение, что случилось опять какое-то несчастье.

– Хорошо спишь, мы тут полчаса в дверь барабаним. – Наташка в изумлении смотрела на незнакомую женщину бальзаковского возраста, рослую и крепкую, стоявшую на пороге. Из-за ее широкой спины выглядывал какой-то незнакомый Наташке майор милиции. – Одинцова Наталья Павловна? – так же неприветливо и сухо спросила женщина и, не дожидаясь ответа, продолжала: – Ну, чего бельма-то выпучила? Пускай нас в дом! У нас к тебе серьезный разговор есть.

После этих слов Наташка послушно отстранилась, пропуская своих неожиданных гостей в прихожую. Тем не понадобилось приглашения проходить и присаживаться на диван. Пока Наташка, вялая от прерванного сна, захлопывала входную дверь, те двое, не разуваясь, прошли в квартиру и стали быстро, по-деловому осматривать ее убранство.

– Ты одна здесь живешь? – поинтересовалась женщина, усаживаясь на стул посреди комнаты и закуривая сигарету.

– Снимаю, – нехотя ответила Наташка. – Слушайте, вы кто, собственно, такие? – резко спросила она. – Приперлись тут, разбудили…

– Ого! – воскликнула женщина. – Видал, майор? Детка-то с характером!

– Ничего, Оксана Дмитриевна, – вальяжно отозвался тот.

Сидящая на стуле женщина выпустила клуб дыма, стала внимательно рассматривать полусонную Наташку. А до той вдруг дошло, что эта Оксана Дмитриевна не иначе как жена ее вчерашнего клиента Кости Кулика. И возраст сходился, под пятьдесят лет, и характер, одним словом, бой-баба. И никак иначе ее присутствие здесь не объяснить.

– Ну, что молчишь? – снова сказала Оксана Дмитриевна.