Годен к строевой!

– Женя, пошли в парк, – худощавый, комплекцией походивший на Резинкина, ефрейтор запыхался. – Ты кто? Запах? – На человека, сидящего в джинсах, кроссовках и синей болоньевой куртке, надетой поверх серого свитера, в казарме не обратить внимания нельзя. Хотя бы потому, что все те, кто не в форме, напоминают о свободе, а это раздражает. Очень.

– Петрусь, кто тебе сказал? – Батраков не собирался подниматься.

– Начштаба. Если мы не запустим к завтрашнему утру «МиГ-15», нам п…да.

– Пошли, Резина, служба начинается, – Батраков встал сам и поднял за шиворот куртки охреневшего от гостеприимства Резинкина.

– Авиационный керосин привезли? – Женя незаметно подмигнул ефрейтору Петрушевскому.

– Полно, уже заправили.

Сержант Батраков обнял за шею Резинкина и легонько сжал.

– Ты когда-нибудь летал на истребителе?

После того как ему настучали по голове и остальным частям тела, Витя не знал, какой ответ правильный. Он боялся, что если скажет «нет», его снова начнут бить. Физически он слабее сержанта, да тому в любом случае помог бы Кирпичев.

Куда делись его бойцовские качества? Он же дрался почти регулярно у себя в поселке.

– А как же, «МиГ-15» – любимая модель, – Витек улыбнулся.

Здоровый кулак влетел в корпус. Боль спалила предохранители, и Витя отвесил полукрюк с левой.

Батраков отошел на пару шагов, схватившись рукой за щеку.

– Ну ты и дурак, парень, ну ты и дурак, – Кирпичев ради такого дела сел на кровати и стал качать головой, освещая полумрак своим фингалом.

Сержант заставил себя остыть.

– Зря ты руками-то машешь, тебя учат жизни, а ты не понимаешь. Будешь пилотом-испытателем. Полетишь вместе с ефрейтором Петрушевским. Теперь точно.

Петрусь подошел к новобранцу и поинтересовался, сколько у него летных часов.

– Я водитель.

– Станешь летчиком, – хитрющая рожа скалилась. – Не бойся, там есть катапульта.

– Я не умею.

– Вы задолбали! – Кирпичев выказал свое неравнодушие к происходящему. – В парк, бегом!

Трое орлов, перешагнув через подметающего полы зубной щеткой солдата, вышли из кубрика. Батраков бросил на ходу, глядя под ноги:

– Баба Варя, нам два котелка хавки в парк, к двум дня. Чай, хлеб, масло.

– Где ж в обед масло? – возмутились низы.

– Рожай.

Солдаты шли друг за другом по раскисшей обочине проселочной дороги. Под ногами хлюпала каша из снега и грязи.