Доноры за доллары

Большая часть заслуги в том, что Марина перестала испытывать комплексы и рефлексировать на тему своей внешности и несчастной судьбы, я без зазрения совести приписывал себе, а потому чувствовал себя обворованным.

Поэтому то, что произошло в конце концов, было на первых порах воспринято мной как подарок судьбы.

* * *

На очередную планерку я опоздал – подменял захворавшего терапевта и не успел осмотреть всех пациентов. Войдя, я сразу оценил ситуацию как непривычно накаленную: Штейнберг вовсю ругал завхирургией Лямзина, а тот, красный как рак, неуверенно оправдывался.

Извинившись, я забрался в глубь кабинета, стал напряженно вникать в суть разговора. Когда понял, что произошло, внутренне приготовился к тому, что теперь-то уж настало мое время.

Дело было в том, что снова умер человек и снова – буквально на операционном столе. Так, мой клиент! Осталось выяснить подробности.

Подробности несколько разочаровывали. Умерший был госпитализирован с диагнозом «острый холецистит» и сразу же положен на операцию.

Я шепотом поинтересовался у соседа, кто проводил операцию. Мне назвали фамилию хирурга – она мне была неизвестна. То ли он раньше в поле моего зрения не попадал, то ли его недавно на работу взяли. Видимо, как взяли, так и уволят. А Лямзин только за себя сейчас переживает – как бы самому не остаться без работы.

Узнав расстановку сил, я засомневался: то ли это, что мне нужно. Хирург молодой и на первый взгляд ни при чем. Больной, как можно было вывести из разговора, довольно состоятельный человек, имеет родных. Тело его на данный момент находится в морге, вскрытие еще не производилось.

Но не все так и есть, как кажется на первый взгляд, сказал себе я и решил все-таки сунуться в это дело поглубже и убедиться, что все там чисто.

После планерки я легкой походкой подрулил к Штейнбергу и вкрадчиво спросил:

– Борис Иосифович, можно личную просьбу?

Тот поднял на меня удивленные глаза и заметил:

– По личным вопросам с сотрудниками я обычно общаюсь по вторникам с трех до семи.

– Это срочно, к тому же касается моей профессиональной деятельности.

Он выжидающе уставился на меня, недоумевая, по всей видимости, что же мне еще понадобилось от него.