Детектив на троих

Мы все трое, словно по команде, проводили взглядом ее белеющий голый зад и переключили свое внимание на Леху.

– Да, – улыбнулся я. – Было бы что скрывать…

– Собственно, и показывать особенно нечего, – оценивающе резюмировал Дынин, пристально разглядывая Лехины чресла.

– Ну что вылупились, как гомосеки? – раздраженно сказал Леха, приглаживая прядь густых рыжих волос.

Он рывком встал с кровати и, пошарив под ней, отыскал там трусы и надел их. Парень был худощав, но сложен неплохо.

Тут неожиданно с кухни раздался вопль.

– Так, рассказывай, – сказал я, когда мы вчетвером осушили по первой, – кто такой Карцев и зачем ему нужны деньги?

Леха надкусил помидоры и сказал:

– Знакомый Танькин, бизнесмен какой-то. Чем занимается точно – не знаю. Какие-то акции скупает. Наверное, фарцует помаленьку. Знаю только, что недавно они с товарищем собирались цех открыть.

– А где он живет? – спросил я.

– Откуда я знаю! – протянул Леха. – Я с ним встречаюсь только в компаниях. Где-то в Заводском районе.

Мы налили по второй, и, закусив водку помидорами, я снова спросил:

– А что за производство он собирался открыть?

– Фабрика по сборке мебели, где-то в области, – нехотя ответил Леха. – Они вместе со своим приятелем, Юркой Савелкиным, этим занимаются. Но что-то у них там не заладилось, деньги куда-то просрали.

– Кто ищет? – спросил я.

– Я не знаю, – протянул Леха. – Кредиторы, наверное… Откуда у них у самих деньги? У этого Славки, кроме «Форда Скорпио» семилетней давности, по-моему, ничего больше и нету.

– Номер машины не помнишь? – снова спросил я.

– Я что – инспектор ГАИ? Нет, конечно. «Форд» как «Форд», черного цвета.

– А кто такой Савелкин? – спросил я.

– Друган его. Я его, – почесал Леха голову, – тоже не очень хорошо знаю.

– Ну а где этот Славка бывает?

Леха задумался и снова почесал голову:

– Вообще-то есть одно местечко. Бар «Мустанг» называется.

– Это где?

– На Московской, недалеко от Волги.

– Раньше, – прокомментировал Седой, – на питейных заведениях вешали лошадиные подковы, а теперь ограничиваются лошадиными названиями.

– Там есть один такой бармен, Костя, – продолжил свой рассказ Леха. – По кличке Крошка, килограмм сто пятьдесят весит.