Божий спецназ

Удовлетворенный, он присел на одно колено и предложил священнику сделать то же самое.

– Вон туда посмотри, – предложил Фистенко и показал пальцем чуть назад и в сторону.

Отец Василий оглянулся и увидел мертвого солдата. Руки и ноги у него были безвольно разбросаны. Он так и лежал, как его положили товарищи, выволакивая из-под огня. Лицо убитого было накрыто каской, но под затылком темнела большая лужа крови.

– Вот об этом помни, когда будешь говорить, – сказал майор. – А теперь смотри: чтобы тебя услышали и не подумали, что это мои фокусы, проползешь вон до того камня, а затем влево.

За той толстой сосной можешь подняться в полный рост, только особо не высовывайся, а то снимут в два счета, как в тире. Если ничего не получится и они начнут палить в тебя, то мы прикроем огнем. А ты бросаешься на землю и этим же путем сюда. Понял?

Священник кивнул и пополз, демонстрируя хорошую выучку. Майор посмотрел и покачал головой. Видать, у этого попа за плечами армия, технично ползет.

Стараясь не наползать на сухие сучья, а где это было неизбежно, убирая их со своего пути, отец Василий полз к намеченному камню. Шороха в сочной траве практически не было. Добравшись до первого укрытия, священник не стал бросаться к сосне, а перекатился к ней и замер. Или его не заметили из оврага, или выжидают. Других движений вокруг не было, значит, уголовники не видят в нем особой опасности. Но, скорее всего, просто не заметили.

Отец Василий поднялся в полный рост и прижался спиной к толстому стволу дерева.

«Господи, – думал он, глядя сквозь густую листву и кроны деревьев на голубое небо, – помоги мне. Дай мне нужные слова, открой глаза и уши тем, к кому я обращаюсь. Сделай так, чтобы слова мои дошли до них. Не допусти, Господи, жестокого убийства. Прости их, Господи, ибо они не ведают, что творят. Открой их сердца навстречу тебе. А если по воле твоей суждено случиться неизбежному, не осуди тех, кто это совершит, ибо это долг их перед людьми, которых они призваны защитить.

Благослови, Господи, воинов твоих, помоги им пережить то, что они увидят и испытают, укрепи их сердца».

Майор смотрел на священника и думал, что тот просто боится, стоя под сосной и шевеля губами. Потом до него дошло, что священник просто молится.

«Мужественный все же поп», – подумал офицер.

– Эй, вы, там, в овраге! – крикнул отец Василий. – Ребята, послушайте меня!

– Кто там вякает! – послышался злобный голос в ответ.