Большой ментовский переполох

– Хах-хах, – начала задыхаться Валентина Петровна, а Недоделов тем временем приступил к допросу:

– Говори, зачем меня заперла?

– Не скажу, – прохрипела женщина.

– Задушу, – пообещал муж.

– Посадят. Хотя… тебя и так посадят, – выдохнула Недоделова и тут же осеклась, поняв, что неожиданно для самой себя проболталась.

Услышав подобное заявление, Недоделов так удивился, что даже ослабил хватку.

– Это еще почему меня посадят? – спросил он.

Валентине Петровне очень не хотелось говорить о визите милиционеров, но молчать дальше – верный способ вызвать на себя еще больший гнев мужа.

– Потому что ты человека убил.

– Я убил? – вытаращил на жену глаза Недоделов. – Какого?

– Тебе лучше знать какого, – всхлипнула женщина. – Скажи еще, что ничего не помнишь.

– Не помню, – согласился Иван Иванович. – А когда?

– Милиционеры сказали, что прошлой ночью, – доложила Валентина Петровна.

– Так что, к нам и милиция уже приходила? – похолодел от ужаса слесарь.

– Приходила, – кивнула его жена. – Кепку твою шоферскую нашли в квартире убитого.

– Так я же ее два дня назад потерял.

– Это ты в отделении будешь рассказывать, где потерял. Они тебя, между прочим, допросить хотели, но разве же из тебя хоть слово можно было вытянуть, вон как нализался, – скорчила плаксивую мину коварная супруга.

Эта новость так ошарашила Недоделова, что он даже не обратил внимания на издевательский тон жены. Он, Ваня Недоделов, убил человека.

– Такого не может быть, – вслух повторил свою мысль Иван Иванович.

– Раз милиция сказала, значит, может, – отрезала Валентина Петровна. – Допился.

Но Недоделов уже не слушал жену. Он прошел на кухню, уселся за стол и спрятал лицо в ладонях.

Таким подавленным собственного мужа Валентина Петровна никогда не видела. У нее даже сердце кольнуло, когда она заметила, что из-под ладоней на колени Ивана Ивановича капнула слеза.

– Валечка, но как же так, – неожиданно подал голос Недоделов.

– Как же, не убийца. А меня всю жизнь бил?

– Так это из-за того, что ты во всем упрекала, вот я и злился. Я же тебя на самом-то деле люблю, это ты от меня нос воротишь. Я и пить потому стал, что ненужность свою в этом доме почувствовал. Эх, доля моя тяжкая, – тяжело вздохнул «убийца». – Значит, за мной завтра придут?

– Ага, обещали утром тебя забрать, – подтвердила женщина.