Честное слово вора

Потом он шагнул к навесному шкафчику, висевшему на стене, открыл дверцу, достал оттуда пачку черного чая, вскрыл ее, высыпал все содержимое в воду, помешал ложкой, а потом накрыл кружку сверху металлической миской.

– Сейчас настоится, и чифирнем, – сказал он, снова садясь за стол.

Гости смотрели на хозяина выжидательно. Однако прошло несколько минут, и стало понятно, что первым нарушать тишину он не собирается.

– Так что у тебя за дело-то было к нам, Колыма? – спросил наконец сидевший по правую руку от хозяина низкорослый, коротко стриженный плечистый мужчина, куском черного хлеба очищая тарелку от последних крошек картошки и остатков подсолнечного масла.

– Погоди, о деле потом поговорим, – отозвался хозяин, снимая миску с кружки. Он взял мелкое сито, отцедил заварку, убрал вторяки в сторону, отхлебнул из кружки чифиря и передал ее соседу, пуская по кругу.

– Вот чифирю попьем, тогда и о деле, – продолжил хозяин. – Всему свое время. Ты лучше расскажи пока, как дела на зоне обстоят, ты ж недавно откинулся – вон даже волосы еще отрасти не успели…

– Да какие у нас там дела, дела в спецчасти, у нас делишки… – по лагерному ответил плечистый, принимая кружку и прикладываясь к ней.

– Знать-то знаю, да не просто из любопытства спрашиваю. А полгода – это срок немалый, многое измениться может. Так что рассказывай. – Колыма говорил спокойно, но в его голосе слышались скрытый напор и сила – возражать ему было трудно.

Впрочем, его собеседник возражать и не пытался.

– Да что тут рассказывать? – Он пожал плечами. – Беспредел полнейший творится, и чем дальше, тем круче. Правильным ворам все труднее порядок поддерживать – отморозков, которые ни закона, ни порядка не признают, в зоны все больше попадает, а нормальных пацанов совсем мало осталось. Да еще и менты наглеют. Последнее время вообще жизни от них никакой не стало – гнобят режимом так, что вздохнуть некогда.

– Да уж и не пять, побольше, – кивнул хозяин. По его лицу было видно, что он не услышал ничего неожиданного – просто подтвердились его ожидания. – Это что ж, на «пятнахе», где ты сидел, было?

– Ну да. Сколько уж лет нас не трогали, знают ведь, что ворам работать западло, не пойдем мы на это, а все равно поперли. Прикопались: работайте, или жрать не дадим.