Ангел по имени 112

 – Ты вообще соображаешь, что гонишь? Если ты мне опять фуфло впариваешь, так я тебя прямо здесь удавлю, так и знай! Ну смотри, если я сейчас что-нибудь найду!..

Он отпихнул Славика и перешел к другой двери. Она выглядела солидно, напоминая массивные дверцы в каком-нибудь банковском хранилище. У нее даже ручка была в виде миниатюрного рулевого колеса, которое, разумеется, следовало поворачивать. Но даже Боб с его звериной силой повернуть это устройство не сумел.

Разочарованный таким результатом, он грубо выругался и, чтобы как-то разрядиться, дал Славику весьма чувствительный подзатыльник.

Тот отлетел в угол, уронив и фонарик, и свою заветную сумку. От чего у него потемнело в глазах – от удара или просто потому, что погас фонарик – он так и не понял. Как не понял и того, что произошло дальше. А произошло что-то в самом деле необыкновенное.

Славик услышал душераздирающий скрежет металла – по-видимому, вторую дверь Бобу открыть удалось. Об этом свидетельствовало и его удовлетворенное восклицание. По стене метнулся луч фонаря и сразу же исчез.

Боб шагнул в раскрытую дверь. Но тут же Славик услышал легкий треск, отчаянный крик Боба, а потом странный удаляющийся шум. Потом все стихло.

Славик готов был поклясться, что он остался в помещении один. Ему самому не верилось в такое счастье, но все пять органов чувств подсказывали ему, что Боб покинул его, даже не попрощавшись.

Это была хорошая новость, но ее требовалось проверить. Славик нащупал на полу фонарик и включил его. Потом почему-то на цыпочках приблизился к раскрытой, тронутой ржавчиной двери.

Боба за нею не было!

А было там не слишком объемное пространство, заваленное каменными и металлическим обломками, словно в это помещение некогда вторгся оползень, принесший с собой разнообразный хлам. И еще здесь имелась дыра в полу, полуприкрытая листом жести, напрочь изъеденным ржавчиной. Судя по всему, Боб провалился в эту дыру.

Славик, преодолев страх, опустился на колени и посветил в дыру. На глубине примерно шести метров он снова увидел какие-то обломки, трубы – и больше ничего.

Боб исчез. Славик прислушался, но ничего не услышал.

Он отпрянул от дыры и совершенно автоматически захлопнул ржавую дверь. Так, ему показалось, будет надежнее. И в то же мгновение Славик почувствовал, как на него наваливается жаркая волна бешеной радости. Забыв обо всем, он вскочил и сплясал в подземелье дикий индейский танец. В конце концов, он имел право расслабиться. Ведь практически он уже простился с жизнью.