Алмазы Якутии

– Ага, – невестка присела на диван к тестю, – у тебя все глупо! А то, что я корячусь на двух работах да еще портки твои сраные стираю, – не глупо?

– Ну хватит тебе, Санта-Барбара, что ты в самом деле?

Павел щелкнул пультом. Загорелся экран телевизора.

– И ты веришь в эту сказку? – ухмыльнулся Павел, со снисходительным презрением глядя на жену.

– Мне просто, Паша, так жить надоело, – суровым контральто промолвила Варвара, – в печенки въелось...

– На Канары захотела? – усмехнулся Яковенко-младший.

– А хоть бы и туда, – с вызовом ответила Варвара. – Машинки стиральной и то нет... – плаксиво пожаловалась она.

– Надо мне нашу «Малютку» посмотреть... – вздохнул Павел.

– Да чего ее смотреть! – вскипела Варвара. – Ее ни в один ремонт не возьмут. Новую надо покупать...

– Ничего, – встрял Вилен Михайлович, – вот заполучим камушки, так не то что машинку купим – дом и несколько иномарок!

– Нет, вам еще в ту эпоху мозги парализовало, – насмешливо качнул головой Павел, – жди своих сокровищ! Ты вообще-то уверен, что это именно тот чукча, который ящик увез?

– Очень похоже, что он, – сдвинув на переносице седые кустистые брови, сказал Вилен Михайлович.

Павел выключил телевизор и, потянувшись, поднялся с кресла.

– Айда, батяня, выпьем, – миролюбиво улыбнулся он.

– Во-во, сколько с ним живу, вечно от проблем уходит, – осуждающе посмотрела на мужа Варвара.

Но Вилен Михайлович и сам хотел еще «принять на грудь», хотя время было позднее. Они вернулись на кухню, где на покрытом клетчатой клеенкой столе стояла бутылка водки и нехитрая закуска – соленые огурцы, колбаса и банка кильки в томатном соусе. Махнув три рюмки, Вилен Михайлович снова оседлал своего конька.

– Не нравится мне твой настрой, Пашка. Ежели дело с камнями выгорит, то есть я хочу сказать, если станет ясно, куда этот чукча брюлики припрятал, тебе придется поехать и забрать их раньше его.

– Куда ехать-то? – вскинул короткие брови Павел. – Может, они у него в банке в Якутске где-нибудь лежат.

– Какой банк, дурила! – воскликнул Вилен Михайлович. – Ты головой-то подумай: куда он их сдаст, ежели они незаконные? Как он объяснит, откуда у него такой капиталец?

– Так я читал, – выпятил от обиды губы Павел, – что люди сдают на хранение ценные вещи в банк, а банк не имеет права интересоваться, что кто сдал.