Алмазы Якутии

Навещая оставшуюся в деревне мать, Будамшу, приятель Лйаала, рассказывал, как ведется добыча алмазов. Начинали с экскаваторов, потом вскрыли кимберлитовую трубку и перешли к драгам с огромными, объемом в несколько изб, ковшами. Будамшу употреблял непонятные слова и обороты вроде «магнезирование алмазоносных пород в камере», «выдача на транспортные горизонты» и так далее. Будамшу пространно повествовал о методах переработки алмазоносной породы, добытой из трубки. Вначале порода подвергается дроблению и избирательному измельчению, потом обогащается до получения концентрата на отсадочных машинах.

А глядя на сверкающие перед ним камни, он дивился их красоте. Такие крупные и полновесные, такие чистые. Словно кто-то, находя их, копил, складывал один к одному...

– Убери их из дому, – роптала Амма.

– Бестолковая ты, – огрызнулся Лйаал, – не знаешь пользы своей!

– Эти камни принесут беду, – не отступала жена Лйаала, – езжай в тайгу, брось его подальше.

– Не для того я его сюда вез. – Лйаал положил алмаз в ящик и, продолжая любоваться переливчатым великолепием кристаллов, тихо-тихо запел.

Он всегда так поступал, чтобы прекратить какой-нибудь неприятный разговор. Как ширмой отгораживался песней от ругани, причитаний и слез.

По щекам Аммы при виде такого упрямства побежали две узких влажных дорожки.

– Иди спать, – раздосадованно скомандовал Лйаал. – Все равно от тебя толку нет, – грубо добавил он и сделал рукой резкий пренебрежительный жест.

* * *

– Вставай, мой богатырь, – среди ночи услышал Кюкюр тревожный голос матери.

Продрав глаза, Кюкюр недоуменно уставился на мать, стоявшую на коленях перед его постелью.

– Вставай, одевайся, – мать говорила решительным тоном, и Кюкюр понял, что спорить бесполезно.

Он поднялся и принялся натягивать одежды.

– На выпей, – мать протянула ему жестяную кружку с кумысом.

Он послушно выпил, все еще не понимая, зачем его разбудили в такое время.

– Пошли, – мать направилась к выходу и поманила его за собой.

Лошадь, запряженная в волокушу, стояла перед избой. На волокуше в свете круглой луны он заметил тот самый ящик, который они с отцом привезли из тайги.

– Это плохо, – мать показала на ящик, – ты уже большой мальчик. Нужно далеко увезти и хорошо спрятать. Пошли...

Кюкюр посмотрел на дверь, как бы спрашивая, а как же отец? Но мать приложила к губам указательный палец.

– Иди, – подтолкнула она его в спину.