Из России за смертью

Но на свое, значит, плевать, а ихнее обходи стороной? Тут Панов вмешался. А должен тебе доложить, Панов – мужик скользкий, но ушлый. Он здесь пристроился накрепко. Связи везде. Он с ихним министерством обороны запросто. Чувствуется, есть там общие интересы. Но про что достоверно не знаю, говорить не буду. Тут хитрость в том, что Панов вес имеет, а Саблин всего лишь должность. Панов, значит, и говорит: «А если через парк?» Тогда, говорю, другое дело, товарищ генерал! Выходим в тыл, и вопросов нет. А чтобы не было шума с их парком, постараемся гарнизон выбить без потерь.

Тихо, ночью, одним ударом. Пусть после доказывают. Кто занимает форт, тот и прав. И что случится с парком, если мы по нему прогуляемся? Саблин думал, думал, потом махнул рукой: «Делайте, что хотите. Ответственность за операцию несет Панов. Занимайтесь разработкой совместно с ангольской стороной». И ушел. Мне Панов подмигнул, мол, молодец подполковник, верно оценил ситуацию.

Рубцов налил еще по полкружки и закончил:

– Так что теперь мы главные.

Понял? Покажем им кузькину мать!

Найденов слушал подполковника с недоумением. В военном училище в Уамбо он спокойно преподавал и представить себе не мог, что где-то в Луанде в советской миссии разрабатываются какие-то боевые операции. Ему казалось, что Ангола тихая страна, где стычки с противоборствующей группировкой происходят редко и носят совершенно внутренний характер. Конечно, понимал, что наши советники занимаются разработкой стратегических планов обороны и защиты государства.

Но чтобы так… Он с удивлением спросил:

– А мы какое отношение имеем ко всему этому? Неужели воевать начнем?

– Как это воевать? Мы не имеем права брать оружие в руки. Только совет и обслуживание техники. Ты будешь устанавливать связь, а я… – Рубцов как-то странно и задумчиво улыбнулся, – осуществлять общее руководство и наблюдение. Саблин перед отлетом в Москву предупредил лично меня, чтобы в районе боев ни одного советского специалиста не было.

– Что, здесь останемся?

– Ну, ты, мужик, размечтался.

Полетим в Менонгу, в штаб Южного фронта. Там военным советником полковник Стреляный сидит. Вот с кем пить – одно удовольствие. Возьмет литр на грудь, а потом интересуется, не выпить ли по маленькой. Ладно, посвятил тебя, ввел в курс, имеем право выпить.

– Может, я пропущу? – воспротивился Найденов.

– Да тут на донышке. Давай кружку.

Чокнувшись с металлическим звоном и глядя в глаза друг другу, они выпили.