Кордон

Ну и полторы сотни коров со всякими хрюшками…

– Чисто магнаты, – подвел итог краткой справки Анджей, который с ландфебелем ехал во главе колонны, растянувшейся на узкой тропинке.

– Можно и так сказать, – перевел дух Водичка, вкратце посвятивший командира в местные экономические реалии, – разве что звания подлого, и баб на шелках драть не приучены.

– Скользко на шелках драть, на пол усвистеть можно, – задумчиво произнес Анджей, обернувшись в сторону Байды, – вместе с бабой…

– Что, совсем хороший? – в свою очередь обернулся и ландфебель.

 – Ох, ну курва ж мать, прости, Царица Небесная…

Поручик Байда, назначенный старшим в деле, еще на заставе залезал на лошадь с некоторой долей неуверенности и легкой расслабленностью в членах. Отъехав же от заставы, поручик, радуясь, что ускользнул от бдительного командирского ока, влил в себя всю загодя припрятанную флягу. Отчего Байду и вовсе развезло – офицер качался в седле из стороны в сторону.

От падения пока что спасало везение, шальное счастье пьяных и дураков.

– Нельзя его таким везти, – нахмурился ландфебель, – граничары ко всему привычные, но вдруг очнется не вовремя.

– Буйный? – уточнил Анджея. Прапорщика самого слегка вело. Но свежий лесной воздух и оживленный деловой разговор потихоньку трезвили. – Или муроводит?

– Блюет, – пояснил Водичка и рявкнул:

– Близнюк и Сучевский, пана поручика под белы руки, и на заставу. Ферштейн?

Рядовые, кряжистые мужики, эдак десятого года службы на вид, а то и давнее, молча ухватили поручикову лошадь под уздцы.

Развернули, делая вид, что Байды как бы и нету здесь. А что кричит кто-то, пуская пузыри, так то морок. Фантом сиречь.

Анджей дождался, пока маленький конвой скроется за поворотом узкой лесной дорожки, потом махнул рукой – двинули, мол. Оглянулся еще раз…

– Довезут, не переживайте, – подтвердил Водичка, – они парни надежные. А что у Бганов случилось – то брехня все.

Не коров они там делили! Да и что там делить, рога отдельно, копыта отдельно.

– А из—за чего? – спросил Анджей, удивленный резким переходом. – Скот, насколько знаю, в здешних местах первая ценность.

– С тем не спорю, – замотал головой ландфебель. – Только зуб даю, что они, по своему падлючьему обычаю за лето с батраками не рассчитались. Ну или кинули по десятке в зубы, и зимуй как хочешь! Вот и взбеленились люди.