Путь к Земле («Кон-Тики»)

 – Идти вверх?

– Немедленно!

– Наконец-то разумные речи, – усмехнулся он, берясь за рычаги управления. Двигатель снова запел, но на этот раз перегрузка не ощущалась. С облегчением я следил, как скорость уменьшилась до нуля, потом изменила знак… Мы шли вверх. Маневр, надо сказать, был выполнен своевременно – прежней высоты мы достигли, если верить карте, уже в районе предгорий.

Я представил себе, как невидимые в темноте, всего в нескольких сотнях метров под нами проносятся зазубренные пики лунных гор, и мне вновь стало жутко.

– Не нервничай, штурман, – услышал я голос Коршунова. – Они прямо под нами, и до них не меньше пятисот метров. Опытный пилот чувствует такие вещи. Мы чувствуем это кожей…

Я так и не знаю, правду ли он говорил или просто чтобы меня подбодрить. Через некоторое время опасный район остался позади. «Кон-Тики» уверенно приближался к месту своего назначения. Впереди наметилась извилистая огненная линия – лучи невидимого еще Солнца скользили по склонам высоких лунных цирков.

Мой взгляд упал на индикатор топлива. Много ли мы израсходовали на непредвиденную встречу с масконом? Вряд ли. Перегрузка почти не ощущалась…

Но я увидел такое, от чего волосы у меня на голове буквально встали дыбом.

– Михаил, – проговорил я с трудом, – посмотри сюда. Видишь?

– А в чем, собственно, дело? – поинтересовался он довольно флегматично.

– Когда мы вылетали, – сказал я, – в баках было три с половиной тонны топлива.

– Да, и ни граммом меньше.

– Оказывается, мы почти все истратили, – продолжал я. – Проклятый маскон! Мы сожгли больше двух тонн! Мы не сможем теперь сесть!

– Ты в этом убежден, штурман?

– Да, – твердо сказал я. – Нам придется просить помощи. Пока не поздно. Пока мы еще на орбите!

– Чтобы я просил помощи? – бросил он яростно. И замолчал. Я следил за его лицом. На его тонких губах появилась улыбка.

– Вспомнил одну старую историю, – ответил он на мой недоуменный взгляд. – Значит, штурман, ты полагаешь, топлива на финиш не хватит? – Я молча кивнул. – Допустим, что это так. Но если бы в кабине был только один из нас, топлива бы хватило. Масса человека в скафандре – килограммов сто пятьдесят, если не ошибаюсь?

– Да, – пробормотал я, еще не понимая, куда он клонит.

– Тогда у нас остается единственный выход. Над безатмосферными лунами так иногда делают.