Пустошь. Нулевой круг

Но здесь лишь кучи камней, которым это ничуть не вредит. В хранилище множество дверей, через которые удобно носить камни до ближайшей кучи. Между зданиями под отдельным и добротным навесом стоят огромные весы, сделанные из редкого в наших краях дерева, с железными чашами. Тут использован драгоценный целый и ровный ствол неведомой мне породы. Рядом куча принесённых за последние дни камней. Я с грохотом высыпал свои из мешка в мерную чашу и крутил головой, озираясь в поисках нужного человека.

– Двадцать два.

– Согласен, – внимательно посмотрев на мерные камни, которые Ларг положил во вторую чашу, кивнул я. Парень не был замечен в обмане, но осторожность не помешает. Спросил, ткнув пальцем несколькими строчками выше своего имени: – Подскажи, он уже ушёл на добычу?

Ларг отрицательно помотал головой с неровно обрезанными волосами, высыпал мою долю в общую кучу, вытер тряпкой стенки чаши от пыли, закрепил верёвку на плече весов и снова устроился в тенёчке, тут же закрыв сонные глаза.

«Ха-ха-ха! – Я развеселился. – Отличная отмазка для этого лентяя!»

– Эй, есть кто дома? – позвал я, зайдя за невысокую ограду, сложенную из совсем мелких камней и глины.

– Чего тебе, нахлебник? – раздалось в ответ, заставив меня пожалеть о своём порыве, хотя я подозревал, что так и будет.

– Здорово, Рат, я видел твоё имя на камнях.

– Ищешь, кто тебе с ними поможет? – насмешливо предположил выглянувший из-за старенькой циновки пацан немногим меня старше и прилично выше.

– Почти угадал. – Я показал ему большой палец, хваля за сообразительность. – Хочу тебе помочь.

– Похоже, мне уши забило песком, я им не верю! – Рат вышел из дома и начал демонстративно ковырять пальцем в ушах. – Может, последний квыргал встал тебе поперёк горла?

– Рат, слушай, – я примиряюще выставил перед собой руки, даже не злясь на него, так смешно выглядели его кривляния, – давай не будем ссориться.

– Камень? – Заметно было, что парень снова готовился сказать что-то язвительное, но я сбил его с мысли.

– Да-да. Пластина под пятьдесят мер. – Я уже даже не скрывал улыбки, глядя на его страдания. Уж слишком жирный куш.