Морозная Гряда. Первый пояс

 – А почему цена в белых монетах?

– Это совсем простая алхимия, уважаемый послушник. – Лавочник даже не улыбнулся, хотя я явно выглядел смешно. – Действует всего ночь, а то и половину. Им самое то, чтобы угодить каждому клиенту.

Я кивнул, снова напомнив себе, что следующей покупкой для мамы будет зелье Омоложения. Настоящее, действующее годы, а не эта жалкая замена. Поблагодарил лавочника, уже толкая дверь:

– Спасибо.

– Забыл про пояса, – повинился на улице Гунир. – Добавим к списку для рынка на следующую неделю.

– Понятно, – кивнул Зимион, собираясь укладывать в свой мешок фиалы.

Он хотел ещё что-то сказать, но тут у меня за спиной прозвучал насмешливый голос:

– Эй, парни! Глядите, об кого я споткнулся! Вольники! Свежие, ещё не хлебнувшие дерьма орденские вольники!

Я обернулся, оглядывая так незаметно подошедших парней. Пять рыл не самой приятной и чистой наружности. Все старше нас, самому младшему лет двадцать, не меньше.

Первое, что удивительно: на каждом из них печати. По две-три, неярких и слабых. Обычные контракты, да ещё и заключены с ними кем-то, кто недалеко ушёл от них по дороге Возвышения.

Второе: двое из них вообще Закалки. Совсем младшие обнаглели. Если мы – орденские вольники, то точно Воины, и не им грубить нам.

В этом я почти перестал ошибаться и больше не принимаю, как в Школе, всех, кого вижу, за Воинов. Их в городе много, гораздо больше, чем в Нулевом – людей выше седьмой звезды, но гораздо меньше, чем я думал в первый раз, видя толпы на улицах Морозной Гряды.

– Чего это вы тута забыли? – заинтересованно спросил стоявший впереди и увидел фиалы в руках у Зимиона. – Хе! Знакомые фиалы. Набрались смелости заглянуть в лес?

– Валите своей дорогой, – буркнул Гунир.

– Не то что? – с надеждой спросил другой парень.

– Не то я намну вам бока, – не замедлил с ответом Гунир.

– С каких пор мусор, что вымели за порог Ордена, так дерзко разговаривает? – удивился наёмник с тигриной лентой в волосах.

Но ответил ему не Гунир, а новый голос:

– Чуток ошибся, Влакор. Это ж таланты. Гордые задницы.

Я снова обернулся и обнаружил ещё пятерых с той стороны, под гирляндой ночных фонарей, протянутой через улицу. И эти противники оказались гораздо серьёзней. Я знал говорившего. Один из тех наёмников, что учился в шестом. Мужик, вечно глядевший исподлобья. Но он стоял чуть позади остальных.