Исход. Первый пояс

Ещё долю мига я колебался с самим приказом. Когда-то Воин восьмой звезды, непривычный к бою, был призраку не по силам, но в Миражном он стал сильнее. Впервые я видел призрака столь чётко: на обычно расплывчатой фигуре я отчетливо различал мышцы обнажённого тела; какую-то тряпку, которой были замотаны его бедра; кусок доспеха на плече; длинные, развевающиеся волосы. Призрак стал гораздо сильнее. Но хватит ли этой силы против орденцев, привычных сражаться с сектантами? Возможно, это его последний бой. Бой, от которого сбежали те, кого я считал союзниками.

– Мне нужно, чтобы мои родные спаслись. Никто не должен догнать убегающих ватажников. Если сможешь, то убей слабейших из врагов.

Призрак отчётливо ухмыльнулся и размазался в туманную полосу, без дополнительного приказа преграждая путь правым орденцам.

Пратий, чей голос легко преодолел разделявшее нас расстояние, едко спросил:

– Лиора, погляди, как ловко щенок управляется с Флагом.

Проклиная дарсового Пратия, я напрягся, ожидая, что Лиора, подталкиваемая Указами верности, сейчас нападет на меня. Орденские Указы и впрямь принялись пульсировать, но женщина лишь скользнула по мне взглядом, равнодушно оглядела Флаг и призрака, а затем коротко сообщила мне:

– Сто, может быть, сто пятьдесят вдохов, и я уйду. Этого хватит твоим, чтобы оторваться и запутать следы.

Я лишь неуверенно, не понимая, что происходит, кивнул в ответ, а она тут же сорвалась влево под возмущенные крики орденцев:

– Ах ты тварь!

Пратий рассмеялся:

– Похоже, у меня будет и жемчужина, и старая игрушка Тумаса.

Я уставился вслед Лиоре. Она что, противится Указам? Этого даже я не могу. Кто она такая? Жаль не время для размышлений. Я взглянул на оставшегося мне противника. Кто бы сомневался, что это окажется зеленоволосый? Опять самый сильный враг.

Спустя пять десятков вдохов я уже не был в этом так уверен. Будь моим врагом лишь Арий, я бы убил его. Но сначала справа от призрака ко мне бросился орденец, а затем еще один и слева от Лиоры – мои помощники не сумели их задержать. Мне приходилось биться, сберегая каждую кроху энергии в средоточии, заставляя врагов её тратить.