Большая охота

Кроме того, ветер этот ещё и довольно сильный, и на дальних подступах он будет заглушать наши шаги по ягелю.

Да, и про ягель. Я быстро объясняю своему спутнику, что идти надо по тем местам, где только что стаял снег: там ягель мокрый и под ногами не хрустит. И вообще, мы приближаемся по довольно открытому месту, так что стрелять придётся метров со ста пятидесяти.

Ну, и мелкие детали. Почти весь подход я иду впереди, а меняемся местами с охотником мы уже непосредственно перед его выстрелом. Потому что я фиксирую место, где застрял наш медведь, и с большей вероятностью, чем Сергей, увижу, если тот начнёт отходить.

А теперь – вперёд!

Выйдя практически на траверз выстрела, мы останавливаемся. Вот вроде искомое место. Пять здоровых кочек, одинокая кривая берёзка, валун в тридцати метрах выше по склону. Медведя нет.

Достаём бинокли и в четыре глаза обшариваем участок. Нет медведя! Ни самого, ни его «обеда». Я уже готов плюнуть и вполголоса сказать «ушёл», как Сергей показывает мне на столбиком поднявшегося в кустах «хозяина».

Судя по всему, хитрый мишка, услышав наше приближение, отошёл метров на тридцать в глубь стланика и сейчас пытается сориентироваться: кто или что может помешать ему вкусить честно добытого мяса?

Сергей вскидывает винтовку и стреляет ему в середину груди.

Медведь исчезает в кустах.

– Чёрт побери, – говорю я в голос. – Ну и что мы с этим будем сейчас делать?

Кусты в месте падения пару раз тряхнулись – вероятно, зверь ранен и всё ещё там.

Сергей молчит. Потому что ломать голову над тем, как доставать из кустов раненого медведя, предстоит мне.

Он, возможно, и находится там при последнем издыхании, но нам это неведомо. Ибо, не будь дураком, топтыгин выбрал для своего последнего наблюдательного пункта самую густую из густых чащобин, где свободного места если и найдется, то каких-нибудь пол квадратных метра, которых хватает только на то, чтобы встать вертикально на задние лапы и высунуть башку.

– Ну что, полезем? – спрашивает Сергей.

Я качаю головой.

Мы обходим место предполагаемого нахождения зверя. С большим удовлетворением я отмечаю, что на этот раз и на старуху случилась проруха: хотя на первый взгляд эта куртина стланика и соединена с основным «островом», но… но не до конца. В самом узком месте перешейка есть прогал – шириной метров пять-шесть. Небольшой, но для моих целей вполне достаточный.