Большая охота

Дежурство Юрия в лагере необходимо ещё и потому, что вчера во второй половине дня непосредственно вокруг лагеря и на ближайших сопках мы насчитали тридцать двух разных медведей. А именно посмотреть на медведя вблизи и было основной

целью поездки Юры в наши края. Я проверяю Юрин дробовик, при этом объясняю, что стрелять в медведя он может только в крайнем случае:

– Тебе будет достаточно показать медведю, что в лагере находится человек. Не кричи на него, лучше просто говори в полный голос. Камнями кидайся: медведи этого не любят.

Ну а если придётся стрелять, то лучше ему под лапы, чем в воздух. В общем, с богом.

Вот мы с Сергеем сидим на вершине горы и наблюдаем, как в лагерь к Юрию по безлесой тундре валит очередной косолапый.

И медведь, и лагерь хорошо заметны на блёклом серо-жёлто-зелёном скомканном одеяле охотского берега. Лагерь – это две палатки, зелёная и жёлтая. Они выделяются, как осколки разноцветных бутылок. Юрий в камуфляже, его между палатками и не видно. Медведь, из-за большого расстояния напоминающий чёрную спичечную головку, катится между кустов и выходит на столбовую тропу, ведущую в устье ручья.

К нашему лагерю то есть.

Медведь на морском берегу.

Двигается медведь шустро, но не сказать, чтоб очень: у него много разных дел, понимаешь. То здесь, то там он задерживается секунд на десять, а то и на минуту. Как человек, часами наблюдавший этих животных вблизи, я понимаю: тут он копнул когтистой лапой муравейник, тут слизнул десяток ягод брусники, а тут, возможно, яйцами из гнезда позавтракал.

И всё равно он выйдет на морской берег – покопаться в грудах гниющих водорослей, поворочать камни в поисках спрятавшихся под ними бычков и налимчиков, порыться в гальке, откапывая в ней спрятавшихся рачков-бокоплавов…

А тут на тебе – лагерь…

Медведь уже дошёл до лагеря и обходит его по дуге. Между палатками мы замечаем шевеление – это Юра занимает стратегически выигрышную позицию. Стратегически выигрышной в этом случае может быть лишь одна позиция – оказаться с наветренной стороны от медведя и дать ему уловить струю живого человеческого запаха.

Судя по всему, Юре это удаётся не сразу: медведь всё приближается и приближается – с нашей вершины кажется, что он уже почти вошёл в лагерь, – а потом вдруг пускается наутёк, подпрыгивая, как мячик, и мелькая между тёмно-зелёными пятнами стланика.

– Интересно, что же там произошло, – задумчиво произносит Сергей.