Тысячу раз умереть

Оно вернуло меня туда, куда я возвращаться был пока не готов.

Я взял пульт и сделал громче.

– Что ты делаешь? – спросила Кристина.

Я не ответил. Мое внимание приковал к себе телевизор. Екатерина Михайловна пыталась протолкнуть идею о мемориале в память о жертвах трагедии 1 января 2018 года. Городские власти даже дали разрешение, но хотели вынести памятник за пределы города. «Олимп-2018» в лице Екатерины и ее адвокатов настаивал на установке памятника на месте снесенного торгового центра «Олимп».

– Памятник должен стоять там, где все это произошло, как напоминание о совершенных ошибках, – говорила она, стоя у здания городской администрации под вспышками фотокамер.

 – Парк развлечений или новый торговый центр, продвигаемые властями – это кощунство над памятью о сорока восьми погибших и их родственниках. Городские власти и в частности мэр хотят, чтобы этого памятника, как напоминания их ошибок, здесь не было и в помине. В то же время мы, я и все члены общества «Олимп-2018» подписали петицию. В ней мы требуем, чтобы нам выделили участок земли там, где погибли наши родные для установки памятника.

– А чем городские власти мотивируют свой отказ? – спросил один из журналистов.

– Очень смешная формулировка. Памятник, якобы, портит эстетический вид города и будет отпугивать посетителей нового торгового центра.

– Эрлик, с тобой все в порядке? – спросила Кристина.

Я оторвался от телевизора.

– Неудивительно, что они не хотят давать добро на установку этого памятника, – сказал я.

– Ты о чем вообще?

– Как о чем? Об этих козлах, не разрешающих установить памятник.

Кристина знала о моем младшем брате, погибшем первого января, но мы старались об этом не разговаривать.

– Она, – я ткнул в экран, – очень хорошая женщина и помогла многим. Они должны разрешить ей построить мемориал.

Я смотрел на Кристину. В ее взгляде не было никакой злости или раздражения, только подлинное чистое сочувствие.

– Эри, все будет хорошо. Они ей разрешат.

Я кивнул и взял телефон.

– Кому ты хочешь звонить?

Я ткнул в телевизор.

– Ей.

Екатерина взяла трубку через несколько секунд.

– Здравствуй, Эрлик.

– Доброй ночи, Екатерина Михайловна. Простите, что беспокою так поздно.

– Да ничего страшного. Что-то случилось? – ее голос был уставшим.

– Я хотел спросить об… об этом разбирательстве с городской администрацией.

– А, ты увидел выпуск новостей.

– Ну да.

– Да все на самом деле хорошо.