Тысячу раз умереть

В это прекрасное время многие студенты уезжают либо на практику, либо домой к родителям. Я же остался летом работать в морге. Кристина часто спрашивала меня, почему я, студент факультета клинической психотерапии, работаю там. До июня месяца я еще мог придумать оправдания вроде: «Это отличная работа для студента с превосходным графиком». Но когда она летом в очередной раз предложила подыскать мне практику получше, где-нибудь в психиатрической клинике, и я наотрез отказался, тогда понял, что жить моей тайне осталось недолго.

Случай подвернулся сам собой. Как-то вечером мы лежали и смотрели телевизор. В эпоху интернета это звучит странно, но в тот день мы много гуляли и пришли домой только к вечеру. Обычно, мы очень долго спорим, прежде чем что-то посмотреть, вкусы на кинематограф у нас очень отличаются. Кристина любит фантастику и боевики. Я же предпочитаю остросюжетные триллеры. Но в тот вечер сил у нас спорить не было. Мы оба упали на диван.

– Может, просто включим телевизор и посмотрим, что там идет? – предложил я.

Она кивнула. Я начал переключать каналы и очень скоро наткнулся на «Итоги недели» по Первому каналу.

– Может, посмотрим? – спросил я.

Она снова кивнула.

Мы оба залипли в телевизор. Итоги недели были довольно посредственными. Опять президент летал куда-то со своим визитом, опять что-то взорвалось, опять Америке грозил экономический крах.

– Они обещают, что Америка вот-вот обанкротится уже двадцать лет, но при этом один доллар стоит все больше и больше наших рублей, – сказал я, кивнув на экран.

Кристина кивнула, соглашаясь, хотя, скорее всего, сил со мной спорить у нее просто не было.

Ведущий новостей объявил новый сюжет. Речь шла о скандале в городской администрации Санкт-Петербурга. Как только лицо главной героини сюжета появилось на экране, я ее сразу узнал. Голову заполнили воспоминания Александра Ремизова.

Я уже почти забыл про трагедию в «Олимпе». Отношения с Кристиной и новый семестр в университете постепенно выдавили смерть Марка из моей головы.

Но сейчас лицо Екатерины, светящиеся от счастья, когда она сообщала мужу, что у них будет третий ребенок, было жестким и беспощадным.