Ревность девятого солнца

Будет полный аншлаг, мероприятие обещает быть поистине грандиозным. Но есть целый уголок, который я бы хотел заполнить чем-то особенным и уникальным.

Гарванна слушала внимательно каждое слово, а сердце ее начинало биться все сильнее и чаще.

– Я знаю тебя и твои работы достаточно давно, и это хорошая возможность заявить о себе. Но выставка будет необычной, нужны самые «сильные» картины, – Ларс максимально тактично, но вместе с тем четко подчеркнул «сильные», вкладывая весь возможный смысл в это слово. – Все-таки фламандцы сделали себе серьезное имя в живописи.

Мужчина не успел закончить свой вопрос. Он заметил заинтересованный проблеск в глазах художницы, и именно этот огонек заставил его прерваться. Девушка осторожно потянулась за своей картиной и стала аккуратно разворачивать ее. Вирта зачарованно наблюдала за происходящим, также не решаясь что-то сказать. Распаковав работу, девушка посмотрела на нее и, будто наставник, желающий успешного выступления своему подопечному, что-то тихо шепнула полотну, а затем показала его Ларсу и Вирте.

Казалось, что в это мгновение все замерло. Весь мир перестал существовать. В приглушенном свете под ровное дыхание трех человек картина засияла и замерцала точно маленькое солнце, наполняя веянием жизни и чувством воодушевления. Она будто бы заполнила собой все пространство, одновременно приковывая к себе внимание и чаруя своей красотой.

– Вдохновение, – голос Гарванны прозвучал точно раскат грома, возвращая всех в чувство. – Я закончила ее пару дней назад, и думала сегодня показать вам, – девушка скромно опустила глаза и пыталась не смотреть на восторженные лица своих друзей.

Ларс и Вирта посмотрели друг на друга.

– Она живая? – одновременно воскликнули и спросили они.

Девушка же лишь смущенно улыбнулась и пожала плечами. Щеки ее пылали красным, не то от выпитого вина, не то от чувства стыдливого удовлетворения.

– Эта картина словно дышит… Она не такая, как то, что ты писала раньше. Или я? – Ларс вопросительно поднял бровь.

– Она немного другая… Я никогда не испытывала ничего такого, как случилось с этой картиной. Даже такое чувство, что ее писала не я.

– Но это ведь была ты?

– Я… Конечно, я… Просто создалось ощущение, что особые силы помогали мне в тот момент.

– Это те самые кисти помогли? – подсказала подруга.

– Что? – не сразу поняла Гарванна. – Ах, да… Новые кисти.

– Какие кисти? – все так же по-деловому спрашивал управляющий галереи.