Бывает. Pulp fiction

Последний раз помогу тебе, а после побреду по пути моему бесконечному. В отличии от тебя, мусульманина в-натуре, истинного и правоверного, я, буддистской будучи, обречена на вечную цепь перерождений. Пока существует Карма и крутится колесо Вишьямуни, буду являться в обликах различных, но таких как ты избегать. Свалю к чёртовой матери на остров Целебес, там уж точно одни наши, перерождайся – не хочу. А ты ступай обратно на могилку мою неглубокую, смотри, ужасайся и слушай! Похолодел от ужаса мальчик, что очень кстати было.

Ночь летняя облегчения и прохлады не принесла, a тут хоть временно, но похолодало! А вот она и сакля разрушенная, вот и могилка сестрина. Присел он на глину, от домика оставшуюся и давай плакать. Слёзы утирает и приговаривает. А вот сейчас бы щербета того ледяного, что у нас завсегда был. Да и от пары палочек шиш-кебаба я не отказался бы никоим образом, и почему-то, по обычаю соседей своих, выходцев из эмирской Бухары, добавил: О! Вейз мир! В это время печально заиграла музыка. Мальчик на слух сразу определил: гобой, валторна и скрипка с флейтою! Моцарт! Над могилой разлилось чёрно-фиолетовое свечение. Вся она превратилась в сгусток неведомой материи, и был это не крепжоржет с крепмарикеном, не фильдипес с лавсановыми нитями, а нечто абсолютно неимоверное. Грусть всего мира, сопряжённая с вселенскими похоронами добра и зла – вот такого масштаба достигало явление. Постепенно во мраке начал вырисовываться силуэт. Всё явственнее и явственнее для взора приобретал он черты убиенной. Руки её грозно протянулись и сомкнулись на шее ребёнка. Мальчику сразу же показалось, что его жизненная сила медленно, но постоянно, перетекает в ведьму. Ну и для чего пришёл я сюда, балбес? – успел подумать ребёнок и потерял сознание. Пробуждение было тяжёлым и постепенным. Вот открылся один глаз, за ним второй. В судорожном акте глотания застрял рот. Открытые глаза ничего определить не смогли. Что это было вокруг, день, ночь или иное время года, так и осталось неясным. Судя по состоянию – вокруг царила зима. Или схожее с ней время суток! С трудом присев, мальчик заставил себя пальцами рук раздвинуть веки. О, Боже! Это была она – Снежная королева. В голове завертелись какие-то дикие строчки: «Я прыгал по снежному полю. Было совсем светло, потому что светило Северное сияние. И тут я увидел…» Похоже, доигрался, – мелькнуло в воспалённом мозгу, и падение в полную черноты пропасть бессознания, вновь выручило нашего героя. Следующая вспышка вновь застала его врасплох.