Трещина

Трещина

Михаил Анохин

Сюрреалистическая повесть рассказывает о невероятных приключениях специалиста по горным трещинам Отченашенко Никодима Филипповича в фантастическом городе-государстве Неелово.

М. Анохин

Трещина

Пролог

– Вон за тем перевалом и будет «Провальное озеро». – Сказал мой проводник, старый шорец из Кузедеево. – Часа три хода, – пояснил он, видя мой недоуменный взгляд.

А на самом деле, мне казалось, что тут рукой подать, но шли уже вторые сутки, точнее второй день моего путешествия по этим диким местам, по царству бывшего «Горшорлага», по моей родине.

В шестидесяти километрах от Таштагола есть железнодорожная станция, Калары, где за год до окончания Великой Отечественной войны я родился. «Каменные ладони», так переводиться с шорского, Ташта-гол. Здесь, все сущее, в чем бьется и томится человеческий дух, зажато в каменных ладонях.

Эти каменные ладони, бывало, сжимались в кулак и, как букашек, раздавливали все, что в них было. Они же спасали беглецов из большого, заживо гниющего мира.

Вода в этих краях, не течет, а скачет по каменным суставам, а в особо лютые зимы рвет панцирь льда и течет поверх его. С этой шалой водой, рожденной для свободного падения, я давно, очень давно спрыгнул, ушел с «каменных ладоней» своей «малой Родины», чтобы изведать всё, что уготовила мне «большая Родина». Долго, очень долго я носил образ и подобие Ташта-гола в своей памяти. Он манил и пугал меня своими тайнами. Тайна не есть загадка. Тайна – это то, что навечно, до скончания «этой земли и этого неба».

Не зря бытует легенда о «мировом свитке в котором на тысячелетия вперед, написаны сценарии всех человеческих драм и трагедий.

Насколько я помню, в этих краях, ни какого «Провального озера» не было. Не было в моей детской и юношеской памяти, но Степан – так звали шорца, уверял меня, что этому озеру ни одна тысяча лет.

– Как же так, – недоумевал я, – до пятнадцати лет прожил в Горной Шории и ни чего не слышал об этом озере? Мистика какая-то.

Но мистическое не то, что я не помнил ни чего об этом озере, на самом деле мистическое уже сам факт бытия – азм есть… Но до понимания этого еще нужно дожить, а пока…

Степана мне рекомендовал Таштагольский краевед Иван Ганушев, когда мы заспорили с ним насчет озера.